Трижды до восхода солнца

— Девушка, примерно моего роста, лет двадцати семи, лицо слегка вытянуто, темные волосы… черт, это был парик, — буркнула я. — Ну конечно, парик. Очень густые темные волосы со стрижкой каре. — Сообразив, что название стрижки ничего мужскому разуму не говорит, я схватила карандаш и сделала набросок. — Вот так примерно выглядели ее волосы. — С лицом проблема, не дал бог таланта к написанию портретов. — Цвет глаз — карие или желтовато-карие, нос небольшой, губы пухлые. — «Хотя цвет глаз легко изменить, — подумала я. — Если девица позаботилась о парике, могла и цветными линзами обзавестись». — Кто из девушек, перечисленных здесь, подходит под описание?

Николай хмурился, видимо пытаясь вспомнить, через минуту покачал головой.

— Дело в том, что многие пришли на работу в «Успенскую слободу» всего за пару дней до банкета. Людей мы начали набирать еще за месяц до открытия комплекса, но далеко не все подходят для этой работы, нам хотелось, чтобы это были люди с опытом… Штат до сих пор не укомплектован полностью. В «Слободе» я бываю не чаще трех раз в неделю…

— Мы как раз ищем менеджера, — пришел ему на помощь Гришин. — Нагрузка у Николая Павловича слишком большая…

— Поправьте меня, если я что-то недопоняла, — подняв руку, сказала Агатка. — Официантов в «Слободу» только-только приняли на работу, и Николай, и вы, Виктор Степанович, толком никого из новичков не знали, и перезнакомиться между собой они не успели. К тому же на помощь им прибыли официанты из здешнего ресторана.

— Ответственное мероприятие, — затараторил Николай. — Все должно быть на высшем уровне, в тех, кто здесь работал, я абсолютно уверен, а новички…

— Вот именно, — вздохнула Агатка. — Народу пруд пруди, волнение, то да се… в суете легко перепутать своих и чужих.

— Я не понимаю… — еще больше нахмурился Николай, Гришин оказался куда понятливее. Покивал с отрешенным видом и произнес:

— Виктор Степанович, — повернулся к нему Николай, устав теряться в догадках.

— Иди, Коля, — махнул он рукой. Как только за менеджером закрылась дверь, он придвинулся к нам, навалившись грудью на стол, и спросил шепотом: — По-вашему, это было… спланировано?

— Не будем спешить с выводами, — ответила Агатка. — У нас есть список. Проверим остальных.

— Но я никому не давал поручения, о котором говорит Ефимия Константиновна, — затряс головой Гришин. — Вы понимаете? Никому. И если все это вашей сестре не привиделось… меня подставили, — перешел он на хрип, здорово меня напугав. — Завистники… вы не представляете, сколько у меня врагов. А почему? Потому что я вкалываю как проклятый. Потому что отдыхал последний раз пять лет назад, потому что…

— Виктор Степанович, об этих странных, мягко говоря, событиях пока знает очень ограниченный круг лиц.