Трижды до восхода солнца

Сегодня я девушка Бонда. И все остальные девушки мне завидуют.

— Да, повезло тебе. Не догадываешься, зачем позвал?

— Ну, это тупому ясно: будем спасать мир?

— Можно попытаться, — усмехнулся Берсеньев, сгреб газету и, развернув ее, ткнул пальцем в статью, подписанную бывшим. — Это правда? Вы с сестрой ввязались в расследование и в результате она теперь в больнице?

— Тебе-то что? — удивилась я.

— Могу помочь, — ответил он, а я подумала, что моя догадка об их взаимоотношениях с Юдиной не лишена оснований. Наш красавец засуетился.

Он поднял брови, вроде бы удивившись.

Думала я недолго. Вдруг явилась глупая мысль: может, у этой наглой сволочи кое-какие человеческие чувства сохранились? И я решила блеснуть догадливостью.

— В твоей душе теплится любовь к моей сестре и тебе не нравится, что в нее стреляли?

— Вполне в духе такой сентиментальной дуры, как ты, — кивнул он с заметным огорчением.

— Чего ж тогда? — спросила я с обидой.

— Скучно, — пропел Берсеньев и широко улыбнулся. — Жизнь бизнесмена весьма однообразна… Ну, и много нарыть успели?

— Да пошел ты, — разозлилась я.

— Ты девица средних умственных способностей и с большим самомнением. Сестра немного поумней, но она в больнице. Ты будешь кружить в трех соснах, пока тебя тоже не пристрелят.

— Тебе от этого только польза, — сказала я.

— Тоже мне противник. — Он постучал пальцем по газете, лежавшей на столе, и добавил: — Все, что здесь написано, полная хрень.

— Как изысканно ты выражаешься.

— Хочешь совет? — не обратив на мои слова внимания, вновь улыбнулся Берсеньев. — Ищи бабло.

— Какое бабло? — усмехнулась я. — В статье ни слова о деньгах.

— В этом все и дело. Оттого ничего путного из вашего расследования не вышло.

— Откуда тебе знать?

— Догадываюсь. Расскажи — и проверим, прав я или нет.

— Нашел дуру, — фыркнула я.

— Как знаешь. Одна ты все равно не справишься.

— Допустим, я почти что идиотка, а ты умник, какое бабло я должна искать?

— Обычное. У одних людей есть деньги, и они хотели бы их сохранить, у других нет, и они мечтают их получить. Прикинь, кто хотел сохранить, кто получить, и через пару дней схватишь убийцу за руку. — Берсеньев весело мне подмигнул, а я приуныла.

— Нет там никакого бабла.

— Да ну? А если подумать?

— Хоть голову сломай, все равно хрень получается, — решила я пожаловаться на жизнь.

— Это потому, что ты идешь по самому простому пути, все события связываешь в один узел. Как старший товарищ, доверительно сообщаю: видимость правды и правда — вовсе не одно и то же.

— Допустим. Но тогда вовсе ничего не получается.

— Если не получается, начни сначала. И рассматривай каждое дело по отдельности. Вот и все.

— Умно. А ты в прошлой жизни кем был, частным сыщиком?

— Я много хуже, — скривился Берсеньев.