Тринадцатый странник

— Нори, ты переживаешь, я понимаю, — Аргус бросил предупреждающий взгляд на епископа и взял невесту за руку. — Успокойся. Ты все делаешь правильно.

— Нет! — вскрикнула она, вырывая ладонь. — Нет, Аргус! Я ошиблась… Господи… мне кажется, что я ошиблась…

— Ошиблась, в том, что любишь меня? — жестко спросил Аргус.

— В том, что не люблю его… — тихо сказала Нория. — Все запуталось… все так ужасно запуталось!

— Прекрати! — Аргус схватил свою невесту за плечи и встряхнул ее, в синих глазах вспыхнула злость. Сделал глубокий вздох, пытаясь успокоиться. — Нори, прошу тебя! Мы ведь все решили! Я люблю тебя! А Ландар — чудовище, ты ведь видела то, что он совершит! Мы должны остановить его!

Девушка молчала. Смотрела на мужчину широко распахнутыми бирюзовыми глазами и молчала.

— Кажется, я сделала что-то ужасное, — тихо сказала она. — Я предала его… Я предала…

— Нори! Прекрати сейчас же! Скоро все закончится. Дыхание Вечности у тебя, и ты сможешь сделать это… Ты обязана это сделать! А потом мы уедем. Очень далеко, Нори!

— Ты все-таки хочешь, чтобы я это сделала… — прошептала Нория. — Кажется, для тебя это важнее меня. Ведь так? Ты желаешь ему смерти. А я? Что я значу для тебя, Аргус?

— Я тебя люблю! — мужчина сжал плечи девушки.

— Но отправляешь меня к нему, — еще тише сказала Нория. — Свою жену. Ты знаешь, при каких обстоятельствах я смогу увидеть крылья, Аргус? Суть раскрывается лишь в момент сильного… чувства. Ты и сам знаешь это.

Прорицатель сжал зубы так сильно, что я услышала их хруст.

— Это необходимость, — он со свистом втянул воздух.

Нория закрыла лицо руками. Взгляд мужчины упал на ладонь девушки, и Аргус побледнел. На пальце невесты блестело кольцо. То самое, что сейчас красовалось на моей руке.

— Ты надела его кольцо? — лицо Аргуса исказилось. — Ты с ума сошла?

— Это артефакт! — с яростью рявкнул виконт. — Ландар сам его сделал! Ты хоть понимаешь, какой силой обладают вещи, сделанные древним! Сколько в них эфира? На что способно это кольцо, представляешь? Ландар найдет тебя по нему! Найдет, где бы ты ни была!

Нория прижала ладонь к побледневшим губам.

Двери часовни слетели с петель. Я уже видела такое. Они просто разлетелись щепками, трухой. И я зажала себе рот рукой, хотя и знала, что в этом воспоминании никто меня не услышит. Это была память: Нории, камней часовни, перстня с зеленым камнем. Это несчастная невеста, чей дух все еще томился в стенах замка, позволила мне увидеть воспоминания. О самом страшном дне ее жизни.

Он шел по проходу, и я слышала, как стучит сердце, настолько мне было страшно. А еще больно. Я никогда не видела у Ландара такого взгляда — глаза, в которых жил ад. Значит, у него тоже был свой личный ад, в котором он провел целый век.