Трое из Леса. Первая трилогия

Из нее торчали диковинные короны, рукояти двух кинжалов, за которые и браться трудно из-за крупных алмазов на рукоятях, шкатулки и скрыньки из чистого золота.

– А ты-то чего сюда забрел? – прошептал Олег.

Едва заметные черточки на тусклом своде задержали взор; Олег, к своему удивлению, понял, что понимает чужие знаки. «Я прошел весь белый свет, – гласила надпись чертами и резами, – я собрал обманом много… очень много. Но как вернусь назад?»

– Ну плюнули бы в глаза, – ответил Олег сумрачно. – Ну побили бы… Отдал бы украденное, повинился бы. Глядишь, и простили бы. Повинную голову меч не сечет… Гм, а секут, как говорит Мрак, другое место.

И, уже забыв о несчастном, что неправдой прошел мир, а назад не решился, потащился к самому краю, уже пригибая голову.

Он ногой раздвинул горку золота:

– Кто твои наследники, не знаю… Да и вряд ли они сюда доберутся. Так что по закону я могу пользоваться тем, что осталось после тебя. Да только зачем мне мягкий металл?

На коленях он подобрался к самому краю. Хрустальный купол опускался полого, холодный и на ощупь гладкий. Внутри толщи бродили неясные тени, сплетались размытыми кольцами, расплывались серым туманом.

Под ногами уже не земля – плотный камень, а то и такой же хрусталь, только темнее. Олег стиснул пальцы в кулак. Кольцо тихонько звякнуло и замигало, словно задуваемая ветром свеча. Олег поспешно вытянул руку. Блеск разросся. Когда пальцы почти коснулись края, где смыкались небесная и земная горы, из кольца полыхнула слепяще-белая молния. Ослепленный, Олег отшатнулся. Никогда не видел такого чистого света. Свет первого дня Творения!

Таргитая бы сюда, мелькнула дикая мысль. Какую бы песню сложил!

Сзади шумно завозился ворон. Он почти топтался на плечах Олега.

– Никогда бы не поверил…

– Чему?

– Что оно вот так… Сила сбереглась.

– Пока живем – надеемся.

– Да и ты откуда знал?

У Олега от слабости кружилась голова. Во рту стало горячо и солоно. Он поспешно выплюнул теплое, Покон запрещает глотать свою же кровь, прохрипел почти с ненавистью:

– Потому что люди и в старые времена – люди! Как могли сюда не добраться? Как могли волхвы не попробовать…

Ворон шумно поскреб лапой за ухом:

– Гм, впрочем, тогда мир был намного теснее…

– Ты чего летел за мной? – спросил Олег зло. – Мир погибнет через три дня. Тебе ж все одно!

Ворон переступил с лапы на лапу. В круглых глазах было такое выражение, словно и сам удивлялся.

– По дури, чего ж еще?.. О вас троих уже говорят. Ты вроде бы вовсе самый могучий колдун на свете. Не умелый, этого не говорят, а именно могучий.

Громко щелкнуло, будто в костре раскололся от жара накаленный камень. На стыке небесной и земной тверди возникла трещина. В узкую щелочку потянуло ледяным холодом.