Трое из Леса. Первая трилогия

Люди за столами уже опустили ладони на рукояти мечей и ножей. Иные сели так, чтобы в любой момент быстро выхватить оружие. Их было не меньше двух дюжин. А отборными бойцами выглядели в самом деле.

– Ладно, – сказал Мрак, – я не пойму, с чего я сегодня добрый… Наверное, к дождю. Здесь дожди бывают? Ты можешь отдать пояс и убраться обратно… целым.

Кроваво-красные впадины глаз Мардуха загорелись так, что все черное лицо пошло багровыми пятнами, будто раскаленные угли начали прожигать кожу.

– Уверенная речь, – процедил он сквозь остатки зубов. – Ты не заметил, сколько вокруг тебя народу?

Мрак сделал вид, что только сейчас заметил.

– Они… тоже мертвяки?

– Зачем? У смерти среди живых немало помощников. Вольных и невольных. Ты удивишься, узнав, сколько их.

– Гм… Тогда, как я уже говорил, могилу придется рыть большую. И глубокую.

Мардух сказал медленно, с расстановкой:

– Ты хотел пояс? Что ж, бери. Вот он.

Он наклонился, обдав Мрака тошнотворным запахом горелого мяса. Тот не шелохнулся, и Мардух, не опуская глаз, вытащил из-под стола плетеную корзину. Под чистой тряпкой блеснули булатные бляхи на его широком, сшитом в три слоя ремне. На обгорелом лице появилась широкая трещина, оттуда пахнуло жаром, на стол выпали гаснущие на лету искорки. Несмотря на дикую боль, колдун усмехался – настолько был счастлив расквитаться с врагами!

– Ну что же ты?.. Жалеешь, что меня убить невозможно? На этот раз – даже магией?

Мрак медленно протянул руку, в голове метались, как зайцы, и сталкивались лбами глупые мысли. А умных у него отродясь не бывало. Убьет Мардух его сейчас или велит убить другим? Или жаждет как-то потешиться? Одно ясно: живым из этой комнаты не выпустит. Он уже выпустил однажды.

Мрак, все так же не отрывая взгляда от колдуна, туго опоясался ремнем, защелкнул булатную пряжку размером с небольшой щит. Ощутил надежность толстой кожи, укрепленной железными пластинами, каждая со щит молодой черепахи.

Внезапно глаза Мардуха сузились. Мышцы вздулись, а кожа лопнула, обнажив окровавленную плоть. За столами начали подниматься, ожидая сигнала. Мечи поползли из ножен, глаза каждого были на Мардухе.

До двери шагов десять. Пройти их не смог бы даже Таргитай с его всеистребляющим Мечом, не смог бы Олег с волшебным Жезлом… Сейчас Мардух велит схватить, чтобы самому вырвать глаза…

Мардух начал приподниматься со словами:

– Убейте…

Мрак ударил кулаком в лицо, перевернул стол и прыгнул в окно, выставив перед собой корзину. Рама треснула и разлетелась в щепки. Жуткий страх охватил, когда вылетел в пустоту, сердце замерло в смертельной тоске… Он всегда боялся высоты, потому лететь на Змее было не радостью, как дурному Таргитаю, а мукой, и сейчас похолодел так, что на землю рухнул глыбой льда.