Командир. Трилогия

И только малую часть стоимости закупленных товаров, он оплатил серебряными акче. Вот ведь гаденыш и здесь поимел свою выгоду. Расплатился серебряной мелочью, с уже начавшимся 'портится' металлом, а за рабов взял полноценными, добротными серебряными реалами. Но и ему с командой маленько 'отомстили' за эту бабскую подставу, ни его, ни его экипаж на берег не пустили. Но перед отходом подсластили пилюлю, заказав на будущий год партию рабов из Московских земель не менее чем в пять тысяч человек. При этом похвалились, что они не прогадали, весь полон хорошо перенес переход через океан. А ведь даже черных негров и тех половина в пути умирает. Так что вложенное в них серебро привезённые рабы года за два с божьей помощью отработают."

"Через неделю, после высадки привезённых их туретчины бывших невольников на берег, Черный собрал весь выкупленный русский полон, пояснил им сложившуюся ситуацию. После чего предложено бывшим рабам либо идти в закуп на двадцать лет либо в течение двух дней валить с острова на все четыре стороны. При такой постановке вопроса отказавшихся от закупа не было. Отпустив женщин и детей и оставив мужиков, Черный, с подошедшими к нему остальными находящимися на острове одноклубниками, приступили к выяснению у них их специальностей до пленения. Выявив кузнецов, плотников, каменщиков, гончаров и иных мастеровых, таких набралось сто пятьдесят семь человек, отвели их в сторону. Особое внимание обращали на бывших воинов. Но таких оказалось не много, человек пятьдесят не более. Остальным предложили закупиться в боевые холопы. При этом, явно расписывая все прелести ратного труда, как-то упуская при этом саму возможность быть убитым в первом же бою. Девятьсот тридцать пять согласились идти в воины. Из оставшихся двухста двадцати мужиков большинство были простые крестьяне, но и среди них выявились один бывший купец и шесть бывших купеческих приказчиков. И даже один целовальник царева кабака из-под Тулы. Всего удалось дополнительно получить девятьсот девяносто будущих воинов, учеба которых огневому бою, рукопашному бою и фехтованию на бердышах и кинжалах, началась уже на следующий день. Тренировки происходили в полном доспехи, что бы привыкали. Разбираться с неожиданным приобретением от Ибрагим-эфенди пока не стали, все равно ни кто с ними беседовать не мог. Многие из них знали турецкий, но его не знал 'витязи' и от греха подальше эту партию невольников оставили в их социальном статусе-рабами.

5 апреля в свой очередной рейс в Московию вышла 'Паллада'.