Командир. Трилогия

Вот и собрал Мамыш-Берди в свои отряды многих воинов потерявших в этих 'контртеррористических операциях' 16 века свои семьи. И готовых от ненависти в буквальном смысле зубами рвать ненавистных им урусов, заряжающих в бою своей ненавистью и окружающих их воинов, превращающихся от злости и ненависти в своеобразный берсерков черемиского 'разлива'. Во-вторых, получили большие по местным меркам трофеи. Лошадей захватили столько, что наметился огромный их переизбыток. И если бы это не были бы степные лошади, то возникла бы проблема с их кормлением. А так лошади, согнанные в табун, после прибытия к Самар, самостоятельно питались в степи сухой травой, добывая её из-под снега. Оружие, брони, одежда убитых, и припасы санного обоза, неожиданно оказавшегося у врага, все перешло к победителям. Пирогов и сейчас строго следил за соблюдением санитарно-эпидемиологических требований при мародерке и использованием трофеев. Пока, слава богу, ни одного подозрительного трупа обнаружено не было и болезней вызывающих опасения с эпидемиологической точки зрения не выявлено. Не отставал от Пирогова и Швидко. Только его требования распространялись на трофейных коней и иных животных. Но и здесь все обстояло превосходно, все трофейные животные чувствовали себя хорошо и были здоровы.

Про то, что вернувшиеся с выхода группы Еремина, Иванова и другие 'витязи', сразу после боя почистили оружие, провели по мере возможности ТО автомобилям и БПЛА, не стоит даже и описывать. Эти действия ими в большинстве выполнились на автомате. А не использованные в бою МОНки сняли и сдали опять на хранение Полуянову.

К вечеру работы по сбору, сортировке и упаковке трофеев закончился и обоз, подготовившись в дорогу с завтрашнего утра, потихоньку засыпал, кроме часовых и патрульных, которым, так же как и в предыдущую ночь досталось, все ночь отгоняли от стоянки волков, сбежавшихся на дармовое угощение, но постоянно пытающихся проникнуть в лагерь. Благо, что предполагавший подобную ситуации Золотой, приказал на ночь перегородить русла реки с обеих сторон, сплошной стеной щитов 'гуляй-города' и удвоить стражу. И только эти меры, не позволили наглым аборигенам местного животного мира, пробраться не званными, в 'гости' в лагерь переселенцев.

Волга в районе Переволока зимой, современный вид."

"В путь тронулись только после полудня 22 февраля, вступив на перешеек., пройдя его на сквозь. К Волге спускались по хорошо накатанной дороге, видимо довольно часто используемой, выходящей по береговому оврагу на русло Волги. Волжский берег у Переволока очень высок и обрывист, с каменистой береговой линией, которая местами исчезает, уступая место утесам, отвесно уходящим в воду.