Пес войны. Трилогия.

Но люди не метались в поисках укрытия, а никаких других звуков, кроме пения птиц, не раздавалось. У шалаша прошуршали чьито шаги, и на пороге появился сам вождь племени. Следом за ним в шалаш вошёл Люк, неся в руках глиняный кувшин и глиняную тарелку с аппетитно пахнущей пищей.

Забрав у мальчика завтрак, Араб кивком головы поблагодарил его и с удовольствием впился зубами в поджаристую свежую лепёшку, которую Люк принёс, держа под мышкой. Даже всё ещё ноющие дёсны не заставили его сдержать желание срочно поесть. Быстро уничтожив всё, что ему принесли, Араб удовлетворённо вздохнул и, отдав тарелку Люку, глотнул молока из кувшина. Оно оказалось поразительно вкусным. Бросив на вождя удивлённый взгляд, Араб спросил:

– Что за животное даёт такое молоко?

– Наши боски, – пожал плечами вождь.

– Да. Большие и лохматые. Боски – это наша жизнь. Мы получаем от них молоко, мясо, шерсть. Используем мы даже их рога. Из них получаются хорошие наконечники для копий. Прочные и острые. На босках мы перевозим наши вещи, запрягаем их в повозки и пашем землю. Не станет босков, не станет и нас.

– Понятно. А что за звук я слышал недавно? – задал Араб следующий вопрос.

– Это был сигнал к принятию утренней пищи. Услышав его, всё племя собирается у общего стола.

– И после этого вы ещё удивляетесь, как краги находят вас? Да вы же сами сообщаете им, где находитесь, – возмущённо сказал Араб.

– Но если мы не будем подавать сигнал, люди не будут знать, что еда готова, – ответил Чин.

– Вам нужно придумать другой способ собирать людей. Почему вы не пользуетесь своими способностями? Вы же слышите друг друга.

– Древние запретили использовать наш дар по мелочам. То, с чем может человек справиться сам, он должен делать сам, не прибегая к помощи дара. Это правило выполнялось очень много лет подряд и никогда не нарушалось, – торжественно ответил Чин.

– Древние правила – это очень хорошо. Исполнять их нужно. Но в случае, когда племени грозит опасность, от них нужно отступать, если они мешают, – медленно произнёс Араб, тщательно подбирая слова.

– Но эти правила завещаны нам предками. Они священны, – упрямо покачал головой вождь.

– А никто и не предлагает забыть их или отказаться от их исполнения. Я просто думаю, что древним вряд ли понравится гибель племени только потому, что оно продолжало упрямо исполнять все заветы. Ведь если не станет людей, то и соблюдать их будет некому, – продолжал настаивать Араб, понимая, что действовать в этом случае он может только убеждением.

– Всё равно. Это неправильно. Перестав соблюдать правило один раз, люди откажутся от него совсем.