Трианон

Затем все трое повернулись и вышли из купе. Проводник извинился и ушел следом за ними. Я взглянул на листок. На плотной бумаге желтоватого цвета было отпечатано лицо женщины очень странного вида. Я сохранил его, чтобы позднее вклеить в свой дневник. Такое лицо уж точно не забудешь, и оно действительно надолго осталось в моей памяти.

Гертруда вздохнула с облегчением и улыбнулась.

– Я всегда нервничаю в присутствии полиции, – призналась она. – От наших властей никогда не знаешь, чего ожидать. Простите мне мою ложь, Александр. Мне показалось, что в сложившейся ситуации она станет наилучшим выходом. У нас тут не принято молодой девушке путешествовать одной, начались бы проверки, досмотры… Чего доброго, высадили бы из поезда до выяснения личности, а я спешу к родным.

– Понимаю, – ответил я, разглядывая изображение на листке. – Ничего страшного. Но кто эта женщина? И почему она так необычно выглядит?.."

"Катерина перевернула страницу дневника и увидела сложенный лист желтой бумаги, вклеенный между страницами. Она развернула его и поняла, что это и есть тот самый плакат, о котором писал отец.

Изображенная на нем женщина действительно выглядела жутковато. Обычное лицо молодой девушки, но вот ее глаза… Казалось, что они были из прозрачного стекла. Белоснежные волосы, тщательно заплетенные в множество тонких косичек, образовывали на голове некое подобие короны. Над верхней губой преступницы красовалась небольшая родинка.

Катерина продолжила чтение.

– Это Зеркальная ведьма, – пояснила Гертруда. – Вступая в свой Орден, они проходят специальное посвящение, некий обряд, во время которого их тела меняются. Все они альбиноски и частично состоят из стекла, поэтому и выглядят так ужасно.

– Орден Зеркальных ведьм? – заинтересованно переспросил я. – Никогда о таком не слышал.

– Они нечасто дают о себе знать. Мне лишь известно, что они поклоняются своему темному божеству где-то в тайном монастыре на севере. Наш Император является их злейшим врагом. Потому в Зерцалии они вне закона. Видно, одна из них проникла во дворец и украла что-то очень ценное, раз полиция ищет ее во всех поездах, отправляющихся из Столицы.

– И кому же они поклоняются?

– Темнейшему, разумеется, – ответила Гертруда.

– Кто это?

– Моя тетка немного рассказывала мне о нем, – задумалась девушка. – Это очень могущественное божество, с незапамятных времен заточенное между измерениями. Говорят, много лет назад он сотворил весь наш мир. Но ныне Властелины не признают Темнейшего, и на этой почве у них постоянные распри с Зеркальными ведьмами.

Я сразу решил для себя, что запишу эту информацию в блокнот, как только останусь один. Впервые я услышал, что в Зерцалии есть свое божество, пусть и запрещенное.