Три с половиной оборота

Она неплохо их знает. Звонила, выражала соболезнования, вместе с другими родительницами помогала собирать деньги на похороны.

– Киру они обвиняли?

– На тот момент нет, а теперь кто знает, как им голову промыли. Все эти нелепые улики, притянутые за уши… Да и наверняка им, как родителям, непросто смириться с мыслью, что дочь могла решиться на самоубийство.

– Ты это допускаешь?

– Конечно! Кому и зачем ее убивать?

– Это мы выясним, – спокойно ответил Марич.

– То есть ты… вы оба считаете, что это было убийство?

– В ту ночь шел дождь, а вот день обещал быть жарким. Свидетель, который утром привез на тренировку дочь, решил поставить машину в дальнюю часть парковки. Туда, где солнце появляется лишь вечером, на закате. Именно туда выходит балкон. Мужчина утверждает, что, несмотря на радио, которое работало в машине, он слышал крик. Когда они с дочерью вышли из машины, заметили на асфальте Катю. Учитывая, что девушка никаких посланий перед смертью не оставляла, вряд ли ей пришло бы в голову что-то выкрикивать перед прыжком. Кроме того, под ногтями у нее обнаружено значительное количество волокон ткани. Предположительно, она пыталась ухватиться за кого-то перед тем, как оказалась внизу. Пока это ничего не доказывает, но раз уж ты обратился к нам, выходит, моему мнению доверяешь. Так вот, упасть девчонке в то утро помогли. Осталось выяснить кто.

Марич поднялся и направился к выходу. Я тут же последовала его примеру.

– Полина подготовила отчет.

Я чуть о нем не забыла и тут же полезла в сумку, которую оставила здесь же, в холле.

– Вот, – протянула бумаги.

Карелин не глядя взял их.

– Серб, – позвал он, когда тот потянулся к ручке двери. – Стоит избавиться от вещей, в которых Кира была в то утро?

Артем не сводил взгляда с Марича.

– Зачем, если ты уверен, что она непричастна?

Владан распахнул дверь и решительно направился к машине. Я, что-то робко пискнув на прощание, направилась за ним.

Смеркалось, но фонари еще не зажгли. Мы ехали по трассе, деревья за окном проносились так быстро, что образовывали плотный серый узор на фоне еще светлого неба.

– Ты думаешь, это Кира ее убила?

– Выводы делать рано. Волокна ткани вполне могут оказаться фрагментами ее собственной одежды. Если я правильно понимаю, они переодеваются по нескольку раз в день.

– Ну да, форма для занятий в зале или хореографии, одежда для льда, да и в чем-то они на каток приходят.

– Дождемся результатов, но и они не гарантируют того, что всем станет очевидно: сама она сбросилась или ей помогли.

– И если помогли, то кто, – подхватила я. – Надеюсь, в ближайшие дни кто-то во дворце подкинет мне пару подходящих на роль убийцы кандидатур.

– Я бы начал говорить с некоторыми, не дожидаясь случая что-то подслушать.

– С ним самым.