Три любовных романа

Стук стекла о полированную поверхность нарушил затянувшееся безмолвие, и Клео, пытаясь взять себя в руки, произнесла:

— Нам нужно поговорить.

Он должен выслушать ее. Должен. Она не переживет этого вечера, если он ее не выслушает.

— А стоит ли? — досадливо отозвался он и не торопясь прошел в комнату, развязывая галстук. Сердце Клео учащенно забилось, но она поборола инстинктивное желание бежать. Она не из робких, хотя его подчеркнутые презрение и холодность усложняли ее задачу.

— Стоит.

Она устыдилась легкой дрожи в голосе, жажды, которую ее предательский взгляд наверняка не смог скрыть, когда Джуд снял пиджак и поднес руку к молнии брюк. Его мужественность была так величественна, что почти пугала, он был ей муж, и она любила его, а он ее презирал!

Но ведь она намерена все изменить! Когда она расскажет о Фентоне, он снова станет тем нежным и страстным возлюбленным, тем желанным другом, каким был раньше, она уверена в этом! Она хорошо помнила, что его привязанность была готова перерасти в нечто большее. Она не могла допустить сомнений в этом, потому что больше ей не на что было опереться.

Джуд разделся, и Клео закрыла глаза, ощутив внезапный прилив боли, мучительной потребности в нем. Она должна заставить его выслушать и понять.

— Джуд…

— Тебе не кажется, что пора бы тебе спуститься? — Он бросил в ее сторону взгляд, которым осаживают надоевших детей. — Через час здесь будут сэр Джеффри с женой. Ты должна быть внизу с Мег и проверять, все ли готово."

"С этими словами он направился к ванной, и Клео возмутили его упрямое желание отделаться от нее, его раздраженный взгляд. Любовь не настолько одурманила ее, чтобы он позволял себе помыкать ею, словно полоумной прислугой!

— Это займет немного времени.

Выпрямившись, она уверенно прошла по комнате и встала между Джудом и дверью в ванную. Высоко подняв подбородок, она смотрела на него, не содрогаясь перед злобно нахмуренными бровями.

— Ты судил меня и вынес приговор, даже не выслушав. Я заслуживаю лучшей участи.

— Порки ты заслуживаешь. — Его рот искривился в усмешке. — Но я слишком джентльмен, чтобы тебя бить. И вот что я тебе скажу, — он шагнул ближе, его загорелая мускулистая нагота прожгла ее сквозь тонкую ткань платья, и она вздрогнула от мысли, с какой легкостью он возбуждал в ней желание, даже ненавидя ее. Он не коснулся ее, в этом не было необходимости, и все ее протесты по поводу его властного отказа хотя бы выслушать ее объяснения застряли в горле. — Я знаю, зачем ты вышла за меня замуж. Не надо быть гением, чтобы дойти до этого. — Его глаза вспыхивали от еле сдерживаемого гнева. — Тебе было необходимо заполучить наследство, ждать еще целый год ты не могла, поскольку твой любовник начинал терять терпение.