Три ночи с повесой

Лили могла бы поклясться, что слышала, как жалобно звякнул хрусталь. Опасливо покосившись на хозяина дома, она заметила, что брови герцога сошлись на переносице.

Конечно, коммандер устроил это представление, чтобы произвести на нее впечатление. Ей приятно было думать, что в нем говорила исключительно деликатность, а не желание подшутить. Не исключено, что коммандер решил принести в жертву гордость своих лейтенантов ради того, чтобы пощадить самолюбие Лили.

Наполнив бокалы вином, слуги принялись расставлять на столе супницы и глубокие тарелки.

— Я надеюсь, никто не станет возражать против ужина по-семейному? — спросила Эмилия, окинув взглядом гостей. — Просто я подумала… мы ведь все тут члены семьи или близкие друзья, верно?

Сидевшие за столом одобрительно закивали, но почему-то предпочли выразить согласие молча. Вероятно, приказ коммандера говорить, повернувшись к Лили лицом, был воспринят чересчур буквально. Представив, как все по очереди встают из-за стола, прежде чем что-то сказать, она ужаснулась. Неудивительно, что все предпочитают переглядываться.

Дождавшись, когда один из лакеев, положив перед каждым из гостей накрахмаленную салфетку, отойдет от стола, Лили собрала все свое мужество и повернулась к своему соседу.

— Скажите, коммандер, а откуда родом ваша семья? — вежливо поинтересовалась она.

— Из Сомерсетшира, миледи. Мой отец баронет. Я — третий из его сыновей. У нас не слишком состоятельная семья, а я никогда не отличался особыми способностями, вот меня и отправили служить во флот, едва мне стукнуло семнадцать.

— Вот как? Должно быть, вы с самого начала проявили себя отличным офицером, раз так быстро дослужились до звания коммандера.

В разговор тут же вмешался Майкл:

— Коммандер просто скромничает, Лили. Он отлично зарекомендовал себя во время сражения в Чесапикском заливе три года назад. Кстати, он был в числе десанта, который высадили на берег, чтобы предать огню Вашингтон.

— Это правда, коммандер?

Ответа не последовало. Эмилия грациозно поднялась из-за стола — все джентльмены поспешно последовали ее примеру. В дальнем конце стола, где сидели молоденькие лейтенанты, послышался приглушенный смех, но когда Лили повернула к ним голову, вся их веселость вмиг исчезла, уступив место благоговению.

Все трое, вытянув шеи, уставились поверх ее головы на дверь — одного взгляда в том направлении оказалось достаточно, чтобы убедиться, что ее подозрения подтвердились.

Приехал Джулиан. И не просто приехал, а обставил свое появление в присущем только ему одному стиле. Он всегда одевался изысканно, но сегодня, надо отдать должное, превзошел самого себя.