Три ночи с повесой

Плюнув на то, что кто-то может увидеть, она сердито топнула ногой. В стремлении ее защитить Джулиан явно хватил через край. Что за идиотизм — уговорить бывшую любовницу, чтобы та в свою очередь уговорила брата сделать ей предложение! При этом к себе относится наплевательски! Неужели не понимает — она будет счастлива, только если перестанет беспокоиться о нем. Все, что для этого нужно — вернуться к нормальной жизни. Что же до терзающего его чувства вины… Лили столько раз безуспешно пыталась убедить его, что он ни в чем не виноват, что у нее просто опускались руки. Но Джулиан как будто оглох.

Все это началось не вчера, но сейчас Лили разозлилась по-настоящему. Если раньше она жалела Джулиана, то теперь это его бредовое желание вести собственное расследование представлялось ей верхом эгоизма. Ведь она хотела только, чтобы он снова был рядом.

И вдруг, как по мановению волшебной палочки, ее желание исполнилось. Джулиан вернулся.

— Три, — сурово рявкнул он, помахав тремя пальцами под носом у растерянной Лили. — Если ты дашь слово, что всерьез подумаешь о замужестве, я готов сопровождать тебя на три бала. Или приема. Но не больше.

От радости Лили едва не бросилась ему на шею.

— Спасибо, Джулиан! Просто чудесно, что ты передумал! Давай прямо сегодня. Как насчет званого обеда, который дают Эмилия с Морландом?

— Да, ты не ослышался. Они еще в прошлую пятницу вернулись в Лондон. Разве ты не знал? Правда, хорошая новость?

— Значит, Морланд в Лондоне… — оскалился Джулиан. — По-твоему, это хорошая новость?

— Ну… я знаю, конечно, что вы с герцогом всегда не особенно ладили, — упавшим голосом протянула Лили. — Но Эмилия — моя подруга, и я очень рада, что мы снова будем часто видеться.

Сказать, что Джулиан и герцог Морланд не особенно ладят друг с другом, было все равно, что назвать Темзу захолустной деревенской речушкой. Этих двоих ничто не связывало между собой — если не считать, что оба они состояли членами того самого дурацкого клуба, основателем которого был Лео. Список членов клуба заменяли десять латунных жетонов, каждый владелец подобного жетона имел право пользоваться «услугами» Озириса, некогда непревзойденного победителя бесчисленных скачек, а теперь ушедшего на покой и ставшего племенным жеребцом. Едва придя в себя после гибели Лео, Джулиан попытался сосватать Лили герцогу. Когда же Морланд вместо этого женился на ее подруге Эмилии, Джулиан не постеснялся прямо на свадьбе обвинить герцога в том, что Лео убили по его приказу, — Морланд, дескать, поторопился убрать его, чтобы самому завладеть жеребцом. Чудовищное обвинение, которое не имело под собой никаких оснований.