Три мешка хитростей

Интересно, через сколько времени подействует лекарство?

Андрей крепко прижал меня к себе и принялся тихо поворачивать из стороны в сторону. Выглядел мужчина бодро и засыпать совершенно не собирался.

Внезапно холодная волна пронеслась от затылка к ступням, колени задрожали, в глазах заскакали «птички».

– Тебе нехорошо, дорогая? – участливо улыбнулся Андрей.

– Пожалуйста, можно соды, голова закружилась, – пробормотала я, чувствуя, что язык превратился в огромный, почти неподъемный камень.

– Давай, – неожиданно грубо произнес Венедиктов и без всяких церемоний пихнул меня в спину, – двигай!"

"Я хотела было возмутиться, но кожаный диван, такой роскошный, уютный и удобный, внезапно подпрыгнул и довольно больно стукнулся о мое лицо. А потом хозяин выключил торшер.

ГЛАВА 21

Сегодня я никак не могла проснуться. Наверное, над Москвой опять носится очередной циклон, и стрелка барометра в обмороке обвалилась вниз. Глаза не хотели открываться, правда, уши воспринимали какие-то звуки.

– Эй, Виола, ты как? – донеслось из плотной темноты.

«Хорошо», – попробовала ответить я, но изо рта вылетело лишь маловразумительное мычание.

– Давай, давай, ну-ка, погляди на меня.

Я кое-как разлепила веки и тут же застонала. Яркий свет резал глаза словно нож.

– Ну же, – повторил малознакомый голос, – садись. И сколько, интересно, клофелина ты в шампанское напихала?

Я сфокусировала взгляд на расплывающейся фигуре, прищурилась… Из серого тумана выплыло гадко ухмыляющееся лицо Андрея Венедиктова.

– Хорошо ли тебе, девица? – ерничал он. – Хорошо ли, красная?

– Ты???

– Я.

– А как попал ко мне домой?

Андрей захохотал.

– Однако. Это ты у меня дома валяешься голая на диване. Пришлось раздеть, уж прости, боялся, что помнешь свой наряд. Кстати, выяснилась удивительная вещь. Твой роскошный бюст оказался фальшивым, как, впрочем, и имя…

– Откуда знаешь, как меня зовут? – ошарашенно поинтересовалась я.

– Дорогая, когда называешься Люсей, не следует оставлять в сумке паспорт на имя Виолы Таракановой! Между прочим, на редкость милое сочетание: Виола и Тараканова, прелесть, восторг, восхищение!

– Ты лазил в мою сумку! Отвратительно, ни один интеллигентный человек не позволит себе шарить в чужих вещах!

– О! – воскликнул Андрей. – Однако! Кто бы говорил о воспитанности! А ну, давай, быстро выкладывай, кто тебя, сучка, нанял, чтобы украсть контракт? Впрочем, я и так знаю, небось Петр Леванда… Ну, правильно? Отвечай!

– Не знаю никакого Лаванды, – простонала я, чувствуя, как содержимое желудка стремительно, словно на лифте, несется вверх.