Три дикаря для попаданки

Лиза встала, выбралась из ванны, вода с волос стекала по спине на пол, потянулась за тканью, что лежала на столике, но замерла в испуге, четко ощущая, что она в комнате уже не одна.

Девушке боялась обернуться назад, сердце чаще забилось в груди, пульс зашкаливал. Лиза не понимала, что с ней, это был страх, но смешанный с волнением в предвкушении чего-то невероятного.

Казалось, что света стало меньше, по стене медленно прошлась тень, она вцепилась в ткань пальцами. Дыхание сбилось, а когда со спины ее обнаженные плечи накрыли руки, и сильно сжав, дернули в сторону, прижимая к стене, заставляя прогнуться. Лиза громко вскрикнула от испуга, выронила ткань, уперлась ладонями в шершавую поверхность.

Она хотела обернуться, посмотреть на мужчину, что был сзади, но не могла. Его рука уже спустилась, сжимая талию, бедра, ягодицы. Он делал все грубо, продолжая другой рукой удерживать ее шею, фиксируя в нужной позе.

Он быстро шарил по телу, гладил, мял, не давая пошевелиться, ломая любое, хоть малейшее сопротивление.

– Я… постойте… что вы... что вы делаете?

У Лизы получалось только открывать рот, ни одного слова не было слышно. А потом она вспомнила, словно яркая вспышка мелькнула в сознании, она это уже видела: в том странном, наполненном реальностью сне, перед тем как она очнулась в клетке.

Там ее прижимали к стене, мужчина брал, вонзаясь огромным членом в нежную плоть, а Лиза, вместо того чтоб испытывать унижение и боль, готова была кричать от удовольствия.

Вот его пальцы прошлись между ягодиц, крупные, сильные, надавили на анус, спустились ниже, по-хозяйски вошли во влагалище. Мужчина трахал ее ими, раздвигая эластичные мышцы, задевая неизвестные ей до сегодняшнего момента точки. Лиза начала дышать чаще, прикрыла глаза, спина напряглась, тело вытянулось в одну натянутую струну.

– Давай смочи мои пальцы своей влагой, тебе она пригодится.

Он говорил те же слова, что и во сне, но сейчас это все происходящее было абсолютной реальностью, Лиза прекрасно это понимала. Отчетливо пахло мужским телом, кожей, металлом, а еще виноградным вином. Его хриплый и низкий голос, как и жар, исходящий от него, окутывал тело девушки, а крупная ладонь, что накрыла грудь, кажется, обжигала до костей.

Лиза не понимала, чего в ней больше: страха или любопытства, сопротивления или желания безоговорочно подчиниться этому человеку. Он продолжал грубо входить в нее пальцами, а она текла, сочилась влагой возбуждения, удивляясь самой себе и нарастающему дикому желанию.

У нее никогда не было такого, с бывшим женихом было все примитивно, даже иногда удавалось получить удовольствие. Лизе всегда не хватало его ласк, времени для разрядки и оргазма, но она стеснялась сказать об этом.