Девочка. Книга третья

— Не нужны мне дорогие украшения, — поцеловала я в щеку Джули. — Идеальный подарок. Спасибо.

— Какие планы на вечер?

— Никаких.

— Может, сходим куда-нибудь? В свет выберемся.

— Джули, я устаю от бомондовских вечеринок, на которые иногда меня таскает Кэтрин.

— Молчу-молчу! Это твой день, и я его проведу так, как ты хочешь.

— Куплю торт и шампанское и посидим вдвоем, если не возражаешь.

— Обеими руками ""за""! Ты с работы, как всегда?

— Да. Но еще заеду в нашу любимую кондитерскую в центре за тортом."

"— Об этом не беспокойся. Как освободишься, сразу домой. Торт и шампанское на мне. Я гораздо раньше освобожусь.

— Ох, спасибо! Сейчас я деньги тебе дам, — и я пошла за кошельком.

— Всё, я убежала, — на ходу дожевывая оладушку, она схватила сумку и, послав воздушный поцелуйчик, скрылась за дверью, так и не позволив отдать ей деньги.

Я посмотрела на поблескивающую подвеску, провела по ней пальцами и улыбнулась — она и правда идеально подходила к моей заколке, подаренной миссис Хоуп, и не успела я подумать, что нужно на выходных встретиться с Эльзой, как она сама и позвонила

— Поздравляю тебя, моя хорошая, с днем рождения. Одна великая женщина сказала: ""Мы можем избавиться от болезни с помощью лекарств, но единственное лекарство от одиночества, отчаяния и безнадежности — это любовь. В мире много людей, которые умирают от голода, но еще больше тех, кто умирает от того, что им не хватает любви""*. Я хочу пожелать тебе, моя хорошая, неиссякаемой Любви в твоем сердце. Пусть она ярким лучом освещает твою жизнь и все вокруг тебя, пусть она согревает и спасает тех, кому ты её даришь.

— Спасибо большое, — растрогалась я до слез.

Мы попрощались с Эльзой, договорившись встретиться на днях, но мой сотовый сегодня не хотел стихать. На экране высветилось имя моей начальницы, и я вздохнула.

Кэтрин. Вот уже два месяца, начиная с мая, она находилась в Италии, с заездом на венецианскую биеннале, и ее отсутствие, откровенно говоря, очень облегчило мне жизнь. Вместо нее Гарри поставил временного арт-директора — друга своего отца, пожилого мистера Ковальски, но он, скорее, выполнял номинальную функцию И.О. - присматривать за галереей.

Нет, я совсем не жаловалась — Кэтрин, как я всегда и говорила, была талантливым и справедливым руководителем, она научила меня очень многому, она щедро делилась со мной знаниями и опытом, но иногда мне было с ней очень дискомфортно. Иногда мне казалось, будто она хотела проникнуть в мою душу и посмотреть из чего она состоит. Или напротив, порой сама меня вовлекала в свое пространство, чем ставила меня в неловкое положение. То она встретила меня у себя дома, выйдя из душа в одном полотенце, то просила зайти в примерочную и помочь ей с молнией сзади.