Девочка. Книга третья

 — Это часть твоего творчества, пусть так и будет. Я уже привыкла.

— Вот за что я тебя люблю, так это за понимание, — улыбнулся он, скидывая куртку на диван."

"Я подошла к мольберту, на котором было установлено чистое полотно и, проведя рукой по шероховатому, уже прогрунтованному материалу, задумалась — сейчас это пустое пространство начнет заполняться мной, моими мыслями и энергетикой.

Неподалеку на полу стояли несколько холстов, прислоненных лицом к стене, и я вопросительно посмотрела на Криса.

— Можно?

Он едва заметно кивнул, и я заглянула внутрь.

В основном это были незаконченные картины, можно сказать, наброски, в средней своей стадии. Лица людей, пленэр, пара натюрмортов. Но я чувствовала, что все эти работы не были доведены до конца.

— Нравится? — спросил он.

— В них не хватает… завершенности, — честно ответила я.

— В точку, Цветочек. Спасибо за честность.

— Почему ты их не заканчиваешь? В них просто нужно вдохнуть жизнь, и они заиграют новыми красками.

— Я ищу себя. Свой стиль. Свой ракурс, — пожал он плечами, якобы равнодушно, но я понимала, как трудно ему дается нащупать свой путь.

— Желаю тебе найти себя в искусстве, — улыбнулась я, и Крис едва заметно кивнул в благодарность.

— Ну что, если ты готова, начнем, — произнес он и я почувствовала жесткость в его голосе. Эти были нотки профессионала, готового к работе.

— Хорошо, — кивнула я.

— Встань на тумбу, — коротко бросил он.

— Я буду позировать стоя? — спросила я, взбираясь на тумбу, которая по совместительству была не очень высоким, но широким столом.

— Я должен посмотреть на тебя и определить, как я хочу тебя писать.

Он некоторое время смотрел на меня и отрицательно покачав головой продолжил: — Нет. Встань на колени.

Его слова были все короче и жестче. На моих глазах Крис, мой вечно улыбающийся рубаха-парень Крис, мой утонченный воздушный Крис превращался в жесткого профессионала.

— Нет. Сядь и подогни одно колено к себе.

Не спрашивая, он стянул резинку с моих волос и небрежным движением растрепал их, закидывая вперед на грудь.

— Прижми оба колена к груди, — несколько раз он просил меня повернуть голову и сменить положение рук, направляя на меня лампы с разных ракурсов, иногда снижая, иногда увеличивая мощность света. Скрестив руки на груди, он то отходил, то приближался и рассматривал меня оценивающе и не стесняясь, словно объект на витрине.

Не знаю сколько я так просидела — может быть, пять минут, а может быть, и полчаса, но наконец Крис кивнул и задумчиво посмотрел на меня — что означало, в его голове появился образ, и можно было начинать работу.

Он медленно приблизился ко мне и, присев рядом на тумбу, тихо произнес:

— Я хочу кое о чем тебя попросить.