Девочка. Книга третья

На диване и просторном кресле красовались большие вышитые подушки, на столе стояла ваза с зимним букетом, из динамиков телевизора доносились рождественские гимны, а в углу стояла большая нарядная елка."

"— Молодцы, вы вовремя, — услышала я голос Эльзы, выходившей из кухни, откуда доносился аппетитный аромат индейки. Она шла нам навстречу и улыбалась, но глаза ее были серьезными, вернее, грустными. Она внимательно рассматривала нас с Максом, и мне казалось, что в этом взгляде промелькнула печаль. Я тихо вздохнула, понимая, что напомнила ей о конфликте с Барреттом, а она, обратив внимание на пирог в руках Макса, покачала головой и обняла меня: — Милая, не стоило утруждать себя.

— Мне в радость, — улыбнулась я в ответ, на секунду прижавшись к ее щеке.

Подхватив пирог, Эльза проворно понесла его в открытую столовую, где уже накрывался праздничный стол, а со стороны кухни послышался скрежет и громкий лай Немца.

— Я закрыла Дэна на веранде, — выглянув из столовой, пояснила Эльза и вновь задержала грустный взгляд на нас, пока Макс помогал мне снимать пуховик. Мне вновь стало неуютно, но памятуя о своем решении помириться, я с улыбкой на лице пошла ей навстречу, а она добавила уже веселым тоном: — Пытался помочь мне на кухне с ужином. Никого не слушает, кроме Макса.

— Да, Дэнни слушает только Макса, — поддержала я беседу.

— Я погуляю с ним, а вы располагайтесь, — бросил Макс, проходя на кухню, а я, наблюдая за его удаляющейся спиной, поняла — он специально оставил нас с Эльзой наедине, чтобы не мешать нам. С уходом Макса в воздухе повисла тишина, миссис Хоуп поправляла уже расставленные нарядные тарелки, и я, чтобы разрядить ватное молчание, начала разговор:

— У вас очень уютный дом.

— Да, — улыбнулась она.

— В нем есть душа.

Эльза бросила на меня понимающий взгляд и кивнула:

— Макс предлагал переехать в более престижный район, сказал, что разницу в деньгах оплатит, но я отказалась. Это мой дом и мои стены.

— Понимаю вас. Я тоже верю что стены пропитываются энергетикой радости и грусти. Он с нами улыбается и плачет…

Эльза на это ничего не ответила, а я, следуя своей цели наладить отношения, продолжила:

— Надеюсь, вы не устали готовить ужин.

— Нет, все в порядке, — ответила она, снимая фольгу с моего пирога, — мммм… какой аромат.

— Это мамин пирог, — подхватила я, довольная, что нашлась удачная тема. — Наша традиция, она всегда пекла его на Рождество. Надеюсь получился, я готовила его, можно сказать, по памяти.

— Пахнет изумительно и выглядит красиво, — рассматривала Эльза пирог. — Яблоки как ровно выложены.

— Это благодаря Максу, — усмехнулась я. — Он контролировал процесс. Следил, чтобы дольки ложились ровно.