Трепет. Годы спустя

Конечно, Ами не виновата в том, что случилось, она же меня ногами в живот не пинала, но отголосок от ее поведения все равно остался. Я не хочу общаться в данный момент не только потому, что мне тяжело, но еще и потому, что могу выплеснуть на нее боль, обиду и ярость. Почему-то на Рустама срываться мне так не хочется. Возможно, из-за того, что мы с ним по-настоящему близки, и я понимаю его, его боль и злость, что он скрывает, знаю его прошлое, а с Ами такой близости нет.

- Скажи ей об этом, ладно? Я ее не виню, но пока не хочу принимать посетителей. Это... слишком рано.

- Хорошо, малыш. Но мне важно знать, что ты думаешь на самом деле, - муж внимательно вглядывается в мое лицо. Очень трудно выдерживать его взгляд и при этом врать. Конечно, он почувствовал, что я смягчаю все, что говорю. Но мне не хочется причинить ему боль. Тем более, когда мне кажется, что дурацкие мысли со временем перестанут меня посещать.

Если Рустам однажды справился со своей болью, то и я с ней когда-нибудь справлюсь. Справлюсь ведь? Да?!

Снова стараюсь говорить помягче, но выходит надрывная речь на грани истерики:

- Я думаю, что ты... должен был сначала один на один решить проблемы с дочерью, не должен был оставлять меня. И еще что ты был слишком мягок с ней. Слишком. И мне трудно объяснить, что я чувствую сейчас. У тебя есть дочка, а у меня ребенка не будет. И хоть ты ее любишь, мне-то она чужая. Хотя бы сейчас я не хочу делить твое внимание с кем-то, слушать чье-то нытье, просто хочу успокоиться. Понимаешь? Хочу, чтобы мы только вдвоем были. Я и ты. Поскорее бы сбежать из этой больницы, где мне все время говорят "Еще родишь! Не плачь!" Вернуться в наш дом в Америке, и там постараться забыть. И чтобы только ты был рядом. А потом... позже... Амилия к нам приедет. Не сейчас. Пусть сейчас она отправится к матери. Пожалуйста.

Рустам хватает меня за руки, крепко сжимает ладони и какое-то время молчит, затем отпускает руки и поднимается с постели. Я в ужасе смотрю на него и думаю, что сейчас муж уйдет, что он не понял меня, что я обидела его. Но Рустам лишь подходит к кулеру, набирает в стаканчик воды, а так же берет платок с тумбы, после чего возвращается ко мне. Протягивает стакан. Пока я пью, он вытирает слезы с моих щек. Я даже не заметила, как снова начала плакать, пока говорила.

- Я все понял, малыш. Мы приедем домой и побудем вдвоем. Обещаю. Все, что ты сказала, я заслужил. Да. Мне нужно было решить проблемы с дочерью, а я вовремя все не исправил. Не выяснил, почему она так себя ведет. Не достучался. Но... если я отошлю ее сейчас, ты ведь понимаешь, как это будет выглядеть для нее? Словно ее прогнали. Словно она виновата. Когда вернемся домой, я поговрю с ней и объясню, что тебе нужно время. Уверен, она поймет. Но сейчас, пусть она здесь будет, с нами. Дай ей шанс хотя бы извиниться.