Перекресток трех дорог

 – Женщина, которую он упоминал и в разговоре со мной. Полина Жданова, подчинившая его, больного и психически нестабильного, своему собственному психозу, своей воле. Доказано – они знали друг друга через ее мужа. Они виделись при выписке из госпиталя. Могли общаться потом. Она его полностью подчинила себе. Возможно, был и сексуальный аспект – она же хороша собой, такая женщина… Когда хотела, она могла выглядеть гораздо моложе своего возраста, нам все свидетели об этом твердили… Интимная связь, хотя глядя на Смоловского в это трудно поверить, но он же нам практически ничего не рассказал. Все возможно, правда? Почерк совершения убийств, естественно, разный, однако и сходство присутствует. И не только в соблюдении деталей этого новоявленного ритуала. Но и в другом. Оба дилетанты. Да, предпринимали попытки замести следы преступлений, скрыть улики, но неумело, непрофессионально. Жертвы свои выбирали по принципу легкого к ним доступа. Преступники-профи могут неделями, месяцами выслеживать свои жертвы, готовиться. А эти спонтанно, быстро, в спешке – выбирали тех, кто на виду, к кому легче подобраться. Для Смоловского это был его компаньон, для Ждановой подруга детства, одинокая, доверяющая ей. А мальчишка-официант, видимо, на нее клюнул, а до этого она хотела забрать в качестве жертвы того пенсионера с коляской, которого встретила на дороге. Его лишь присутствие жены спасло.

– Вот как раз о психике Смоловского, – заметил Клавдий Мамонтов, продолжавший слушать разглагольствования психиатра. – «Пациент крайне психологически неустойчив, травмирован. Сильно подвержен внушению».

Файл закончился. Они молчали.

– Итак, дело раскрыто? – осторожно спросил Клавдий Мамонтов.

– Для всей сводной оперативной группы и для начальника Главка – да. Дело раскрыто. – Гущин кивнул.

– А для вас, полковник? Для нас? – быстро спросил Макар.

– Кое-что не укладывается в общую логику. Проверили все ее гаджеты – два ноутбука, ее мобильный, планшет. Нигде никаких следов видео с убийством Алтайского. По логике, для кого это видео за полтора миллиона покупал Смоловский? Для себя, что ли? Нет, для нее. И что? Где оно? И где видео, которое он наверняка снимал, хотя и не признается в этом, когда убивал топором Громова? Она получила от него все это, глянула и уничтожила? Такого никогда не бывает. Они всегда подобное хранят, пересматривают, потому что маньяки…

– Она – маньячка? – переспросил Клавдий Мамонтов.

– Ритуальная маньячка, неоязыческая маньячка, как хотите ее называйте. Но они – ей подобные – всегда хранят такие фетиши. Видео это фетиш для нее. – Гущин стукнул кулаком по хлипкому столику, на котором стояли его вечный термос с кофе и ноутбук. – Но в ее гаджетах видео нет.