Перекресток трех дорог

Полковник Гущин, Макар, Мамонтов и эксперт-криминалист направились к дороге.

В траве на обочине валялась металлическая бутылка ярко-розового цвета.

– Термобутылка, – сказал эксперт. Он поднял ее, держа рукой в перчатке. – Пробка, как в термосе, герметична. И там что-то есть. – Он взболтнул, затем осторожно отвинтил пробку.

Они все почувствовали резкий кислый запах.

– Молоко. – Эксперт глянул на них, на бутылку. – Прокисшее молоко. Пригодно для исследований на предмет обнаружения в нем наркотических или психотропных веществ. А также алкоголя, хотя здесь его запах и не присутствует.

– Мне нужен анализ ДНК с этой бутылки, – попросил полковник Гущин. – Если она там есть, конечно.

– Вы думаете, бутылку бросил здесь убийца?

– Ну, не лесник же. Хотя уточните у него – может, это он со страха уронил.

Они находились на перекрестке еще два часа, пока шел полный осмотр места и прилегающей территории.

– Его что же, живым сожгли? – шепотом спросил Макар у Клавдия Мамонтова. – Прямо здесь?

– Да, получается, что так.

– На перекрестке этих трех дорог?

Клавдий Мамонтов не ответил.

Полковнику Гущину позвонили.

– Запрос от вас по электронке на пробивку автомобильного номера – мы нашли, он в картотеке. Не машина, а мотоцикл, как вы и предполагали, марка «Ямаха», – докладывал оперативник. – Имя владельца Крутов Вячеслав.

– Уже проверили, Федор Матвеевич! Два дня назад он внесен в базу пропавших без вести сотрудниками розыска Наро-Фоминского УВД. Я сейчас связался с их начальником розыска – тот сказал, три дня назад Крутов пропал. Его мать обратилась с заявлением. По ее словам, он вечером уехал на их дачу в поселок Отрадное и не вернулся домой. Они ждали – не объявится ли, потом внесли его в базу пропавших. Они там, в Наро-Фоминске, ездили в Отрадное, на дачу. Обнаружили его мотоцикл у калитки. Калитка была не заперта. Но сам дом закрыт на замок.

– А сколько ему лет? Где он работал? Чем занимался? Имел какое-то отношение к судебным органам? Сам, может, был ранее судим или привлекался? Или работал на железной дороге?

– Нет, не судим и не привлекался никогда. Ему девятнадцать лет всего, он студент, учился заочно в Педагогическом. А работал раньше официантом в Москве в ресторане «Горыныч». Мать сказала сотрудникам полиции, что почти весь карантин он просидел дома безвылазно, потом встречался только со своими друзьями. В Отрадное он поехал по ее просьбе – у них умерла бабка, нужно было забрать ее документы. Он поехал вечером, не поздно, где-то часов в шесть. И домой из Отрадного так и не вернулся.

Полковник Гущин выслушал все это молча.

Возле выжженных пятен работали эксперты – собирали пепел и обугленные кости в пластиковые черные мешки.