Тот, кто ловит мотыльков

 – И еще – у вас ведь остались другие ее сообщения? Я все-таки хочу убедиться, что это именно Оксана.

Прибежал Юрий, за ним торопился Медников.

– Ха-ха, я же говорил! – торжествующе объявил Лев Леонидович. – Можете ничего не сверять! Оксанка это, радость наша шалопутная…

Жанна одернула его, показав одними глазами на Баренцева.

– Юрик обо всем знает, – отмахнулся Медников. – Хватит уже голову друг другу морочить. Ну, загуляла баба, имеет право, в конце концов!..

– Имеет право? – повторил Юрий, и Бабкин понял, что он сейчас бросится на Медникова – просто потому, что более подходящего объекта рядом нет. – Мы здесь с ума сходим! Восьмой день! Частных детективов! Ребенок не спит нормально! – С каждым выплеснутым словом он надвигался на Льва Леонидовича, а тот отступал назад. – Свинство какое! Скотство! Не предупредить никого! Про родную дочь позабыть!

Сергей встал между ними.

– Тише, тише. – Он примирительно поднял руки. – Юрий, брат вашей жены точно не виноват в ее… отъезде.

Баренцев сник. Хотел что-то сказать, с силой прикусил губу – и вышел.

Макар заметил за окном красноватое лицо Лады Толобаевой, на котором медленно проявлялась недоверчивая радость. Горничная прибежала к их коттеджу, услышав новость, но внутрь зайти не осмелилась, ждала снаружи. Илюшин наблюдал, как она кинулась к Баренцеву, остановилась в двух шагах, смутившись, и расцвела в улыбке, когда он кивнул в ответ на ее вопрос.

Медников как ни в чем не бывало радостно потер руки.

– Ну, дивно, дивно! Разобрались! Все, братцы, мы в ваших услугах больше не нуждаемся, освобождайте вагончики, граждане пассажиры, поезд доехал до конечной станции… Давайте, давайте, с вещичками на выход, мои дорогие! И вы, юноша, собирайтесь, и вы, мой дорогой Сергей, не знаю, как вас по отчеству!

Он выпроваживал их, как хозяин, балагурил, распахнул дверь, чтобы они поторапливались, не позволял Жанне вставить ни единого слова и, наконец, приблизившись к Бабкину, вскинул ладони, чтобы подтолкнуть его к выходу, точно зазевавшегося пассажира в трамвае. Сергей мгновенно обернулся к нему. Медников так и оцепенел с поднятыми руками.

– У вас, Лев Леонидович, инстинкт самосохранения отключился на радостях? – с любопытством осведомился Макар.

Жанна наконец обрела голос.

– Да вы что! Лева, ты с ума сошел? Сергей, Макар Андреевич, не слушайте его, он сам не знает, что городит, а вы оставайтесь сколько хотите, вечером ужин праздничный накроем, вы чего, как уезжать-то, чего это выдумали!

Медников медленно сделал шаг назад. Он был очень бледен. «Точно турист, столкнувшийся с медведем», – с удовлетворением констатировал Илюшин. Можно было бы еще поглумиться над зарвавшимся Львом Леонидовичем, но их ждали дела.