Тот, кто ловит мотыльков

Тарелки очень взрывные! Как… как бомба! Вы видели бомбу?

Илюшин сказал, что бомбу не видел и надеется никогда не увидеть, а Леночка возразила, что есть добрые, добрые бомбы, и следующие десять минут они спорили о характере взрывных устройств, и все это время Макара не оставляло странное, почти болезненно острое чувство, что в действительности они говорят о чем-то важном, вот только он не в силах понять о чем. Девочка уже рассказывала ему, как прокладывают пути для поездов, взрывая скальную породу, и говорила она увлеченно, явно пересказывая многократно прочитанную книжку, и добавляла к пересказу от души своих собственных выдумок – например, что всем животным, обитающим в этой горе, выделяют в соседней горе новые норы, еще больше и красивее прежних, и о письмах, которые рассылают обитателям скалы, – а перед мысленным взором Илюшина отчего-то стоял старый Крот из Машиной сказки.

Старый Крот спускается в подземелье. Идя вниз по черному земляному коридору, он еще похож на подслеповатого зверька в бархатной шубе, на добродушного старичка с хитрой мордой, хранителя милых волшебных редкостей. Но с каждым шагом, приближающим его к хранилищу, Крот меняется. Вот он стоит под сводами подземелья, и веки его больше не прищурены. Бесстрастным взглядом Крот обводит пространство перед собой, и алым вспыхивает его мех, будто крот завернут не в шубу, а в неостывшие угли.

А затем вскидывает лапу, словно бросая в глубину горсть незабудок.

Только эти незабудки сияют.

Снаружи глуховато доносятся динамитные взрывы – сказка, которую рассказывает Леночка, влилась в историю Маши, – и под этот фейерверк голубоватое облако, рассекая темноту, стремительно движется к жутковатой тени, прячущейся в глубине.

ФЕЙЕРВЕРК

Илюшин уставился на Лену.

– Ой! У вас глаза странные!

Она испуганно отодвинулась, и он взял себя в руки.

– Это потому что я шоколада давно не ел!

Макар ляпнул первое, что в голову придет, чтобы не вспугнуть ее, и девочка охотно подхватила его выдумку, принялась болтать о конфетах, эклерах, праздничном торте, в котором ей придется задувать целых шесть свечей, а если не получится с первого раза, папа пообещал воткнуть еще шесть, потому что желание должно исполниться, а для этого нужно задуть свечи одновременно…

– Папа ведь тоже просил тебя сделать ему подарок, правда? – вклинился Макар.

Лена подняла на него непонимающий взгляд, и на секунду он почувствовал себя законченным скотом, обманом выманивающим нужные ему сведения у доброго, доверчивого ребенка. Но это длилось всего несколько мгновений.

– Папа просил тебя подсмотреть код маминого сейфа и сказать ему. – Он улыбнулся, подсказывая, что это не такой уж серьезный проступок.

Девочка смутилась.