Тот, для кого живу. Продолжение

Вокруг низкого стеклянного столика в беспорядке валялись перевернутые стулья, сам же стол, на котором была щедро расставлена закуска посреди нескольких бутылок алкоголя, точечно поблескивал в свете ночника чем-то красно-блестящим. По ковру были размазаны ошметки еды, разметаны бычки от сигарет. На занимавшей больше половины комнаты двуспальной кровати негромко храпел парень в задранной и съехавшей набок футболке, в спущенных до икр джинсах. Подушка возле его головы была также измазана чем-то красным.

Усадив девушку на единственное кресло в комнате, Димон огляделся, наметанным глазом примечая все детали. Не дождавшись ответа, переключил внимание на потерпевшую. Та была в одном нижнем белье и тряслась, но не от холода, так как в комнате было жарко. Длинные спутанные волосы закрывали лицо, и чтобы увидеть ее, оперу пришлось наклониться.

Он даже присвистнул от удивления, когда за слипшимися прядями разглядел блестящие от слез глаза, расцарапанную припухшую скулу, на которой уже успел налиться синяк, и разбитый до крови нос. Губы были покрыты запекшейся коркой.

— Кто тебя так? Он? — теперь Димон окинул взглядом тело девушки. Ноги ее, от икр до бедер, местами были покрыты красными пятнами, такие же следы он разглядел на запястьях, когда она спрятала лицо в ладонях. — Дружок твой?

— Мы в баре познакомились, — сквозь слезы начала рассказывать она, — он сначала нормальный был, пил только много, и меня заставлял. А потом грубо приставать начал.

— Так, погоди, — прервал ее опер. Процедура должна быть соблюдена. — Понятые нужны, — выпрямился он и взглянул на одного из ППС-ников. — И этого разбудить, — махнул головой в сторону кровати.

Если с понятыми все оказалось просто — с верхнего этажа как раз спускалась семейная чета, то с парнем все было намного сложнее — он беспробудно дрых и не хотел просыпаться. Мычал что-то нечленораздельно, но в чувство не приходил. Пришлось окатить его водой.

Но и после пробуждения он особо ничего не соображал. Бессмысленно хлопал глазами, усиленно и безуспешно пытался удержать равновесие, не обращая внимания на то, что стоял перед посторонними людьми практически без штанов. Димон даже возмущенно цокнул: «Надо же, такой молодой, щегол почти, и так бухать! Как не в себя!». Но хоть фамилию, имя смог назвать — Курбанов Демир.

Девушка, отчаянно всхлипывая и размазывая по лицу кровь, поведала и без того понятную историю. Как познакомились в баре, как танцевали и выпивали вместе, как решили продолжить знакомство на съемной квартире. И все бы ничего, но захотелось гражданину Курбанову полового сношения в извращенной форме, на что девушка пойти не захотела. Вот он и взбесился — и квартиру чуть не разнес, и ее чуть не убил, снова вступил с ней в половой акт, но уже насильно.