Тоннель

Я бы целую банку, наверно, съела, — сказала нимфа мечтательно. — Сушняк адский.

— Он не будет это есть, — сказала мама-Пежо. — Не привык, даже пробовать не станет.

— А давайте я схожу, — заторопился старлей. — Посмотрю, чего там у них. Ну мало ли, вдруг там детское. Ягоды какие-нибудь. Варенье.

И горошек, продолжил он про себя. Ящик горошка.

— А варенье — тем более, сахар один. Он и свежие фрукты ест не все, — сказала мама-Пежо, но уже как-то благосклонней. — А ягоды только без косточек.

— Да, конечно, — сказал старлей. — Понятно! Без косточек.

Поп в Лексусе обмяк в своем кресле, закрыл глаза. Бедняга дед, подумал смертельно влюбленный старлей. Сидит там совсем один. Ему тоже надо поесть принести.

— А я черешню люблю, — нежно сказала нимфа. — И ананасы. Ой, точно, слушай. Посмотри там, а? Я пойду полежу, чего-то вертолеты прямо, — и, чуть пошатываясь, направилась к кабриолету.

Промежуток между тремя и четырьмя пополудни в понедельник седьмого июля оказался в Валериной жизни едва ли не самым жутким. Хотя за шестьдесят два года эта самая жизнь изрядно его помотала и случалось с ним всякое, но всякое это было обычного свойства, как у всех, и Валеру нисколько не выделяло. А последний час прошел у него так, будто он попал в какое-то американское кино, причем самой гнусной разновидности — про то, как прилетают из космоса кровожадные пришельцы, из моря выходит чудище и ломает хвостом небоскребы или как падает с неба какой-нибудь метеорит и сжигает Вашингтон. Кино такое Валера не понимал и смотрел всего несколько раз, да и то в компании, когда неудобно было отказаться. Любил Валера «Семнадцать мгновений весны», «Место встречи» с Высоцким и сериал «Солдаты», а в ерунду про инопланетян и метеориты не верил. Она была ненастоящая, для детишек и дураков, и тратить на нее время было жалко.

И вот тут посреди и без того нелегкого дня перед ним открылась вдруг непонятная дверь в стене, причем в месте, где двери вообще никакой, конечно, быть не могло. А за нею все выглядело так, словно дурак здесь был именно он.

Тайник с оружием и костюмами радиозащиты, зачем-то упрятанный в стену в обычном автомобильном тоннеле, он еще как-то мог бы себе объяснить (хотя нет, не мог бы). Но тускло освещенный коридор заканчивался еще одной дверью, совсем не похожей на первую, которая сути своей уже не скрывала и на фоне бетонных стен смотрелась настолько чужеродно, будто вела совершенно в другое место. Например, на подлодку. Какую-нибудь секретную, военную, новой разработки. Или, скажем, в космический корабль. И оробевшему Валере подумалось вдруг, что мало ли. Раз такое дело. Вдруг на дне Москвы-реки и правда лежит этот самый корабль, и коридор выстроен специально, чтоб добраться до шлюза.