Томминокеры

Ведь если они не знали – как получилось, что пострадала одна только Рут и ее коллекция кукол? И потом, на Мэйн-стрит со скоростью сто десять миль в час осы́пался ливень стеклянных осколков, а никому даже руку не порезало…

– Ну, теперь-то связь должна наладиться, – спохватился Бент. – Тарелка уже далеко. Попробуй еще раз.

Джинглс взял микрофон.

– Я до сих пор не понимаю, где носит наше подкрепление.

– Может, еще где-нибудь неладно. Ты же знаешь: проблемы обычно сыплются сразу скопом.

– Ага. Словно кукольные ручки с ножками.

Джинглс занялся микрофоном, а Бент в это время вырулил за очередной поворот. Мигалка и фары высветили пикап, брошенный диагонально поперек трассы.

Рефлексы сработали мгновенно; водитель ударил по тормозам. Шины «Файерстоун» противно завизжали, дымясь от натуги. На миг Бенту показалось, что ничего не выйдет. Потом нос автомобиля замер буквально в трех ярдах от пикапа.

– Подай туалетную бумагу, пожалуйста, – проговорил Джинглс глухим, дрожащим голосом.

Полисмены вылезли, на ходу автоматически отстегивая свои пистолеты. В летнем воздухе резко пахло жженой резиной.

– Что за черт? – воскликнул Джинглс.

Налетел ветерок, натянутый брезент сухо зашуршал (похожий звук издают гремучие змеи), и из крытого кузова показалось такое, что у Бента разом похолодели яйца. Что-то вроде дула гранатомета. Он уже собирался пригнуться, когда, к своему замешательству, разглядел «базуку» как следует. Это была всего лишь рифленая трубка на деревянной опоре. Ничего страшного. И все-таки полицейский перепугался. Точнее сказать, он был в ужасе.

– Бент, а я видел эту машину в Хейвене. На парковке у закусочной.

– Кто здесь? – выкрикнул Родес.

Он посмотрел на Джинглса. Бледный напарник с округлившимися, потемневшми глазами тоже оглянулся.

Внезапно в голове пронеслось: «Помехи от микроволновой тарелки? А точно ли в них было дело?»

– Эй, если здесь кто-то есть, лучше отзовитесь! – окликнул Бент. – Вы…

Из кузова донеслось визгливое, придурковатое хихиканье, потом все затихло.

– Боже, как мне это не нравится! – простонал Джинглс Гэббонс.

Бентон выдвинулся вперед, поднимая пушку, и в этот миг все вокруг озарилось зеленоватым свечением.

Рут Арлин Мерилл Маккосланд исполнилось пятьдесят, но выглядела она лет на десять, а то и на пятнадцать моложе. Все в Хейвене соглашались: в городе не бывало еще лучшего констебля, хоть женского, хоть мужского пола. Одни видели причину в том, что ее муж тоже служил в полиции. Вторые в том, что Рут – это просто Рут. И те, и другие не сомневались: Хейвену с ней действительно повезло. Строгая, но справедливая, она сохраняла трезвую голову в самых безвыходных ситуациях. Вот так толковали о ней горожане, прибавляя еще немало других лестных слов.