Семья Звонаревых. Том 1

– Кто стреляет, а кто и нет! Всех под одну гребёнку стричь нельзя, – обиделся Тимофеев.

– В Севастополе пехота да артиллерия по кораблям Шмидта стреляли и сколько матросов побили, когда они плыли к берегу с тонущих кораблей, – напомнил Волков.

– Сразу весь народ не просветишь! Приходится исподволь солдатам разъяснять, что и почему. А это не так просто! – оправдывался Тимофеев.

– Пожалуйте к столу, – пригласила их Валя.

Выпили по стакану кислого крымского вина, закусили. Валя была за хозяйку и настойчиво угощала мужчин. Тимофеев предложил выпить за её здоровье. Валя поблагодарила.

– Если и стоит выпить, то только за успех нашего общего дела. За наше дело, товарищи! – чокнувшись, проговорила она и, пригубив стакан, поставила его на стол. Мужчины выпили.

– В крепости ничего не слышно о прибытии туда политических заключённых? – спросил у солдата Волков после того, как осушили стаканы.

– Это про каких? – не понял Тимофеев.

Волков передал ему свой ночной разговор с Петровичем.

– Первый раз слышу. Значит, кого-то направляют к нам на высидку. Что делать будем? – спросил солдат.

– Пока что ждать. Как только узнаете что-либо – немедленно сообщайте нам.

– Постараюсь тотчас же известить вас обо всём, что только узнаю, – горячо заверил артиллерист.

Уходя, Тимофеев захватил несколько листовок.

– Давайте те, где написано про столыпинские отруба, как порют, бьют крестьян и отбирают у них землю. Этот вопрос очень волнует солдат, – просил он.

Дав листовки, Волков, как всегда, напомнил о необходимости соблюдать осторожность.

– Не беспокойтесь, товарищ Волков! Знаю – не в бирюльки играем! Дело каторгой пахнет, – строго отозвался артиллерист.

Убедившись, что на улице всё спокойно, Волков разрешил солдату идти.

– Желаю вам, товарищ Тимофеев, полного успеха! – И он пожал руку артиллериста.

Когда Валя и Пётр остались одни, девушка прильнула к любимому и капризным тоном, не терпящим возражения, произнесла:

– Потрудись поцеловать сюда, сюда и сюда! – показывала Валя пальцем на щёки, губы и даже на свой вздернутый носик.

Волков улыбнулся и сжал девушку в объятиях… Валя отстранилась от него.

– Слушай, Петрусь, будем ли мы когда-либо счастливы?

– А мы и сейчас уже счастливы. По крайней мере – я…

– Но это же краткое, мимолётное счастье! – возразила Валя, сжимая виски Волкова своими ладонями. Она долго всматривалась в его лицо. – Я так боюсь за тебя – схватят, увезут от меня… Ведь это будет ужасно! Пойми, Петрусь! – после паузы добавила Валя.

– Валюша, сколько раз я тебе говорил: не нагоняй ты на себя страха. Давай, дорогая, будем жить, дышать полной грудью. – Волков широко раскинул руки, глубоко вдохнул солоноватый морской воздух. – Будем жить, а жить – значит бороться.