Семья Звонаревых. Том 1

Жатков несколькими глотками опорожнил ещё стакан, понюхал луковицу и, покрутив головой, продолжал:

– Воны як поганки писля дождя… Учителька у сусиднему сели, хвершалка одна, ну и рабочие з города… Вси воны пидбывают мужикив подилыты землю панську.

Рассказал Жатков, как осенью прошлого года крестьяне захватили большой клин помещичьей земли и запахали его. Только-только закончили они пахоту, как приехали драгуны, перепороли через одного всех мужиков, а троих отправили на каторгу в Сибирь. Этих троих Гордеев выискал и начальству про них доложил. С осени до весны Гордеев ещё человек шесть бунтарей выловил. Двоих из них так избил, что по дороге в Гадяч скончались.

– Ничого цэй Гордеев не боится, – пьяно ухмылялся Жатков. – Мужики хотилы убыть його, а вин соби и ухом не поведёт, знай баб чужих портыть. Ох, и охочий вин до баб, особысто до дивок! Похвалывся, що Настю, дочку купця нашего, спортыть. Той злякався и дочку свою аж у Полтаву одвиз. Сватався Гордеев до поповны, но батюшка наш не хочет дочку за солдата выдавать. Храбрый Гордеев… Молодэць!

Язык Жаткова заплетался всё больше и больше. Вскоре урядник опьянел настолько, что уснул за столом. Его перенесли на сеновал. При этом Блохин на всякий случай обшарил его карманы и в одном из них обнаружил список «крамолы», в котором значилось девять фамилий: среди них трое рабочих из Харькова и Юзовки, жили в деревне недавно, как сказала Шура. Блохин решил при первой возможности связаться с ними, предупредить об опасности и разузнать через них, нет ли в окрестных селах партийных организаций или, в крайнем случае, представителя подпольного большевистского комитета.

Жатков проспал до утра, утром изрядно опохмелился и, поблагодарив Блохина за радушный приём, сказал на прощание:

– Заношу тэбэ, Пылып, в надежные люди. Так попу и становому скажу. Хозяйнуй и до людей приглядайся. Як що крамолу яку почуешь, мэни в Рашевку донось.

«Ишь, собака, чего захотел», – с ненавистью подумал о нём Блохин, но внешне почтительно простился с ним и поблагодарил за доверие.

Визит урядника помог Блохину узнать, кто в селе «неблагонадёжный» и кого ему надо опасаться. Чтобы избавить себя от излишних подозрений и завоевать ещё большее уважение среди односельчан, Блохин решил обзавестись коровой. Лошадёнка хотя и плохенькая, но была. Правда, ранняя весна была не совсем подходящим временем для покупок. Осенью домашний скот стоил на ярмарке куда дешевле, но откладывать покупку до осени Шура и тёща не хотели.

– Пусть думают, что у меня много денег, – проговорил спокойно Блохин. – Власти трогать нас не станут…

Да и разве не надоело вам всё время богатеям кланяться:

«Того позычтэ», «того дайтэ».

– Що набрыдло, то набрыдло! – вздохнула тёща.