Всё о Ниро Вульфе. Том 3

— Ты хочешь, чтобы я наняла местного сыщика в помощь тебе?

— Не мне. Если он чего-то стоит, то сам возьмется за дело.

— Вот как? — Ее голубые глаза взметнулись и уставились на меня. — Ты умываешь руки?

— Нет. Я только что отправил мистеру Вулфу письмо, в котором известил его, что рассчитываю вернуться к началу чемпионата по бейсболу. Сама видишь, я не сижу сложа руки, но мне очень трудно из-за того, что я чужак. Я хочу, чтобы ты спросила Доусона.

— Эскамильо. — Ее глаза весело засветились. — Ну что ты? Ты же второй сыщик в мире после Ниро Вулфа.

— Да, но в моем мире. Здесь все иначе. Взять хотя бы Доусона. Ты уплатила ему в задаток десять тысяч, а как он ко мне отнесся? Ты заметила?

Она кивнула.

— Это мягкая форма ксенофобии. Ты пижон, а я пижонка.

— Ты — владелица ранчо, а это совсем другое дело.

— Жаль, конечно, что Харвея не выпустят под залог, но Мел пока управляется. — Лили взяла в руки чашечку, повертела ее и потом отставила. — Сколько у нас времени?

— До суда месяца два-три, по словам Джессапа.

— И два месяца до твоего чемпионата. Ты знаешь, как я к тебе отношусь, Арчи, но я попробую рассуждать совершенно объективно. Тебе не только любой из местных сыщиков и в подметки не годится, но ты к тому же прекрасно знаешь, что Харвей никогда бы не выстрелил в спину. Ни один местный этого знать не может. Включая Доусона. Я права?

— Ты всегда иногда права.

— Тогда могу я попросить еще кофе? Только погорячее.

Поскольку мой стакан молока опустел, я заказал кофе и себе. Когда мы покончили с кофе, я расплатился и мы двинулись к выходу, лавируя в лабиринте столиков. Примерно двадцать пар глаз следили за нами и еще столько же притворялись, что не обращают на нас внимания. Убийство Филипа Броделла произвело изрядный шум в округе Монро. Хотя отношение тамошних жителей к заезжей городской публике оставляло желать лучшего, они тем не менее прекрасно понимали, что туристы приносят немалый доход казне штата Монтана, так что отстреливать их во время сбора черники — не самое патриотическое занятие. Поэтому во взглядах, устремленных вслед мне и Лили, особой любви не было — ведь это управляющий ее ранчо нажал на спусковой крючок. Так, во всяком случае, здесь считали.

Перед тем как усесться за руль ждавшего нас на стоянке фургончика Лили, я забросил пакет с покупками назад. Лили села на переднее сиденье, стараясь не прикасаться к его спинке, которая, казалось, вот-вот расплавится под безжалостными лучами августовского солнца. С моей стороны не слишком припекало. Я дал задний ход и выехал со стоянки. Одно из главных различий между мной и Лили состоит в том, что я оставляю машину на стоянке так, чтобы не надо было разворачиваться, а она — наоборот.

Проехав пару кварталов, я завернул к бензозаправочной станции «Престо».