Трудовыебудни. В том гробу твоя зарплата

Разговаривать со слугами я вам строжайше запрещаю. Правило второе. У меня достаточно своих проблем, поэтому, будьте так любезны, забыть о своих проблемах в моем присутствии. Правило третье. Никакого неряшливого вида. Я не позволяю вам разгуливать по моему дому в неподобающем виде. Если вы решились выйти из комнаты, то будьте так любезны, одеться так, словно вас пригласили на званый ужин.  Правило четвертое. Никаких истерик, слез и самоуправства. Трепать мне нервы я категорически запрещаю, - произнес хозяин, глядя мне в глаза.

-Значит, вы имеете право трепать мне нервы, а я – нет? Я вас правильно поняла? – спросила я, глядя на него холодно и спокойно.

- Я имею право трепать вам нервы сколько угодно. И когда хочу. Так что не обессудьте, если вас разбудят среди ночи только потому, что мне стало скучно, и я решил поговорить с вами.  Вот, собственно, и все правила. Вы можете продолжать ходить на работу, заниматься своими делами, не посвящая меня в их тонкости, - заметил хозяин, - Всем необходимым вас обеспечат.

- То есть я теперь  - содержанка? – обреченно спросила я.

- Что-то типа того. Согласитесь, принадлежать одному намного лучше, чем принадлежать всем и сразу, - отозвался Абель, усмехаясь, - Или я ошибаюсь?

 - Проводите ее в комнату для гостей, - приказал он слугам, которые смотрели на меня, как на обезьянку в зоопарке.

- У меня к вам один единственный вопрос, - процедила я, глядя на все это, - Я могу вот сейчас просто взять и уйти?

- Нет, - покачал головой Абель, собирая свои длинные волосы в хвост.

- Тогда у меня к вам не вопрос, а рациональное предложение, - вздохнула я, - Убейте меня, пожалуйста. Я не смогу так жить. Я не смогу жить с вами в одном доме на правах вашего домашнего животного или содержанки. Простите, но слишком.

- Сможете, куда денетесь. У вас нет выбора, - зевнул хозяин, поднимаясь наверх, - Ах да, спокойной ночи.

- Покойной ночи… - вздохнула я, разглядывая зал. Для полной картины не хватало пяти балерин, танцующих лебединое озеро, потому как умирающий лебедь, в моем лице уже был. В комнате меня ждал ужин, теплая ванна и огромная кровать, куда я сразу же упала лицом в подушку. Комната была выполнена все в тех же холодных светлых тонах. Вся мебель была белой. Изредка попадались алые вкрапления в виде узора на шторах, на подушках и мебельной обивке. Я попыталась снять браслет. Судя по тому, как он выглядел, он был либо серебряным, либо выполнен из белого золота. Усиленно пытаясь найти его застежку, я готова была попробовать расстегнуть его зубами, но безуспешно. Такими темпами, я сама скоро окажусь в кресле у стоматолога.

Я лежала в теплой, остывшей ванне и думала о том, как я докатилась до такой жизни. Промелькнула мысль, что у бабки было не так уж и плохо. Ну да, грязно, сыро и прохладно.