Трудовыебудни. В том гробу твоя зарплата

Да что там сто! Тыщу! Да ты, как кассирша их каждый день пробиваешь по штрих кодам, не глядя.

Тут же в моей голове антураж поменялся, а тараканы встали в очередь, прижимая к груди покупки.

- Пакет нужен? Карточка есть?  -  устало спросила какая-то тараканиха с бейджиком, обслуживая всеми лапами покупателей, - С вас … Ой! Простите! Аннуляция! Два раза крошку пробила! Охрана!

Пока «охрана» занималась аннуляцией, тараканы стали давать советы.

- Просто молчи. Да не дергайся! Возьми в руки бладбук. Для солидности. И не делай такое лицо, будто ты сияешь от счастья и для тебя это – случайность! Делай вид, что для тебя – это плод многолетней работы и самосовершенствования на профессиональном поприще, - волновалась очередь.

Дверь за покупателями закрылась, Ренель вздохнул и отсчитал мой процент. Чувствую, Абелю в этот момент икнулось, а его подчиненным – ёкнулось.  Глядя в глаза директору, который дрожащей рукой пересчитывал деньги, мне показалось, что я его просто граблю. Именно с таким лицом выворачивают содержимое карманов и вытряхивают кошелек сомнительным личностям в подворотне. В лесу сдохли все звери. Птицы тоже были на подходе. «Кровавые узы» расплатились с риелтором! Да этот день смело можно назначать государственным праздником!  Я уже продумывала следующий ход и подарок. Сейчас моя очередь, поэтому нужно придумать что-нибудь интересное. Сознаться честно, я начала втягиваться в эту волнительную игру.

-  Рассказываю, что подарить твоему упырю!  Берешь в правую руку головку… Кхе…кхе… – прокашлялся  все никак не успокоившийся таракан со сломанным усом, хромающий на все лапы, после прошлого побоища, - … чеснока. Чистишь его и ешь, а потом подходишь к своему упырю и говоришь, дыша чесночным перегаром: «Поцелуй меня, как Ромео Джульетту». Сногсшибательный эффект гарантирован!

Все тараканы повернулись к нему, а бедняга стал пятиться, понимая, чем дело кончится. Они обступили его со всех сторон, разминая лапы и как-то нехорошо поглядывая на него.

- Я это к чему?  - оправдывался он, - К тому, что если любит, то…  Ай! По левой средней лапе! Да что вы, в самом деле! За что? Я ведь ничего плохого не сделал! Я просто выполняю свою работу! Я – инстинкт самосохранения! Ай!

Абель возвращался домой поздно, злой и уставший. Когда я видела, что он не в духе, я старалась держаться подальше. Собственно, как и все остальные. Стоило услышать, каким голосом, и с какими интонациями он ответил кому-то из слуг на невинный вопрос, в котором часу подавать ужин, как у меня сразу же отпадало желание с ним связываться.  Наконец я осмелела и решила подойти к нему. Так сказать, напомнить о себе. Сознаться честно, то  мне было очень скучно без него.

- Потерпите, сударыня. Пять дней в месяц меня нет. Просто нет.