Последний реанорец. Том V

— Ты действительно не знаешь, кто такая Валери Мартелл? — усомнился на миг парень.

Крыло беса мне в зад. Если бы знал, не спрашивал.

— Валери Мартелл — это боевая целительница Франции, — стал объяснять с широкой улыбкой парень. — На родине ей дали прозвище Богиня Жизни. По слухам девушка весьма одарена и сила её исцеления поразительна. Поговаривают, хоть она и магистр, но в плане исцеления больных даст фору многим архимагам. Если бы не было нас четверых, то она была фавориткой на победу. Валери достигла больших успехов в боевом целительстве. Тебе может не поздоровиться, если будешь неосторожен.

Матерь-Бездна, вот так номер! Белая Молния Франции. Богиня Жизни Франции. Лягушатники издеваются, что ли? Неужели это рук дело той мелкой пигалицы? Хотя будучи реанорцем я убивал лишь последователей, жрецов, а также разрушал храмы этой капризной потаскухи, но сейчас мне выдалась возможность разобраться с ней самой. Правда, богиня здесь иного плана. Чудеса судьбы, не иначе.

Назад я возвращался в приподнятом настроении, мне было чему порадоваться. Если это действительно задумка той мелкой идиотки, то придётся её разочаровать. До безумия люблю разрушать чьи-либо планы и надежды. Особенно зарвавшихся детей.

— Ты что-то долго! — хлопнул меня по спине Романов что было сил, стоило мне оказаться в зоне претендентов Российской Империи. — Угадай, кто мне попался? — вдруг поинтересовался парень с сияющей улыбкой на лице.

Интересно, этот засранец мне так мстит за спарринги? Умен, хитрец!

— Я столп, а не провидец, ваше высочество.

— А еще ты вечно равнодушная язва, — раздался довольный голос Потёмкиной с балкона, девушка, не оборачиваясь ко мне, наблюдала вместе с остальной женской половиной за устроенным фейерверком, лишь Острожская о чем-то мило беседовала с Голицыным.

— Мне амер попался! — выдал как на духу парень. — Наш бой с ним будет четвёртым на четвертой арене.

— Кто именно из двух? — поинтересовался я.

Астор… Астор… Астор… Ага. Астор Кирк. Магистр третьей степени. Младший ратай. Первый спектр. Около двадцати девяти лет. Хорошо, что я решил осведомиться после разговора с Вейтаном всеми оставшимися участниками. Правда, не заметил за ним вчера ничего подозрительного. Романову вшивенький малефик по силам. Нет смысла переживать.

— Ты справишься, — кивнул я утвердительно парню. — Но главное не расслабляйся.

Ростислав уже было открыл рот, чтобы что-то добавить, но над Колизеем вновь разнесся голос диктора:

— Ииииитак, дамы и господа! Наши столпы закончили с жеребьёвкой, и отныне каждый знает своего противника! А теперь перейдем к главному! Первых уникумов попрошу на арену! Ведь мы… НАЧИНАЕМ!!!

Скука. Скука. Смертная скука. Полнейшая скука.