Оборванные нити. Том 2

Может быть, это и хорошо, что люди, не причастные к судебной медицине, не имеют ни малейшего представления о вскрытии трупов и производстве исследований и экспертиз. Уж больно все эти подробности страшны и неаппетитны для обывателя. Но как же трудно бывает объясняться с людьми, которые этих самых деталей и подробностей не знают! Вот поди растолкуй такому специалисту, что такое вскрытие теплого трупа. Или не поймет ничего, или с приступом рвоты вылетит пулей из комнаты, а то и вовсе в обморок грохнется.

— При всем моем уважении к вам, — сердито сказал он, — ничем помочь не могу. Повторяю еще раз: вскрывать тело Демина я буду не раньше завтрашнего дня. А если ваша зампрокурора не в курсе, то напомните ей, что она не является моим начальником и не может мне указывать, как мне выполнять свои профессиональные обязанности.

Но никакая Каширина Сергею так и не позвонила. То ли следователю удалось ее убедить, то ли она сама сообразила, что давление на эксперта не только бессмысленно, но и откровенно глупо. Но поработать в свое удовольствие Сергею в этот день так и не дали. Сперва ему задавали вопросы чиновники из департамента здравоохранения — ну а как же, каждый случай детской смерти рассматривался под микроскопом и в обязательном порядке обсуждался на клинико-анатомических конференциях. Потом позвонила Нестерова, заведующая детской поликлиникой, на территории обслуживания которой проживал Миша Демин. Ее тоже можно было понять: если вдруг окажется, что у мальчика было заболевание, которое пропустил участковый педиатр, и от этого заболевания ребенок скоропостижно скончался, то… Головы ей, как и педиатру, не сносить. Она поделилась с Саблиным всем тем, что узнала у участкового врача: ребенок первый от второй беременности; беременность протекала с токсикозами во второй половине срока; мать рожала путем экстренного кесарева сечения. Миша Демин родился недоношенным, рос и развивался соответственно возрасту, профилактические прививки получал по возрасту, аллергических реакций не было. В раннем возрасте перенес острые респираторные инфекции без осложнений. В трехлетнем возрасте перенес ветряную оспу. В последние годы респираторные заболевания были редкими. Состоял на диспансерном учете у невропатолога с шести лет с диагнозом «вегетососудистая дистония по гипотоническому типу», в последние два года — на учете у травматолога-ортопеда с диагнозом «остеохондроз грудного отдела позвоночника».