Избранные произведения. I том [компиляция]

— Разрушительное Градобитие Меригольд, — повторила Нимуэ. — В принципе — название неформальное, это волшебство никогда не было зарегистрировано официально, потому что после Трисс повторить его не удавалось никому. По самым прозаическим причинам. У Трисс тогда был искалечен рот, и она произносила слова неразборчиво. Кроме того, злые языки утверждают, будто язык у нее заплетался от страха."

"— В это, — надула губы Кондвирамурса, — как раз поверить трудно. Примеров мужества и отваги почтенной Трисс вполне достаточно. Некоторые хроники даже называют ее Бесстрашной. Но я хотела спросить о другом. Одна из версий легенды говорит, что Трисс была не одна на Ривийском Холме. Что с нею была и Йеннифэр.

Нимуэ смотрела на акварель, изображающую черный, крутой, острый как нож холм на фоне подсвеченных темно-синих туч. На вершине холма виднелась стройная женская фигурка с распростертыми руками и развевающимися волосами.

Из затягивающего поверхность озера тумана долетел ритмичный стук весел лодки Короля-Рыбака.

— Если кто-нибудь там и был с Трисс, — сказала Владычица Озера, — то не оставил отпечатка в видении художника.

— Ох, наделали мы дел, — повторила Йеннифэр. — Осторожней, Трисс!

Из клубящейся над Ривией черной тучи обрушился на город град, граненые ледяные шарики размером с куриное яйцо. Градины били так сильно, что с грохотом разваливались черепицы на крышах домов. Били так плотно, что вся площадь мгновенно покрылась их толстым слоем. Толпа забурлила, люди падали, прикрывали головы, заползали один под другого, убегали, переворачивались, теснились в подворотнях и подъездах, жались под стенами. Не всем это удавалось. Некоторые оставались, валялись как рыбы на окрашенном темной кровью льду.

Град валил так, что дрожал и готов был вот-вот лопнуть магический щит над головами, который почти в последний момент успела выколдовать Йеннифэр. Других заклинаний она даже не пыталась выкрикивать. Знала, что сотворенное остановить невозможно, что совершенно случайно они разбудили стихию, которая должна — и вскоре иссякнет — сама.

Во всяком случае, Йеннифэр на это надеялась.

Полыхнуло, громыхнул гром. Протяжно, раскатисто. Так, что задрожала земля. Град колотил по крышам и брусчатке, вокруг летали осколки разваливающихся градин.

Небо слегка пояснело. Пробившийся сквозь тучи луч солнца хлестнул город будто плеть. Из горла Трисс вырвался не то стон, не то всхлип.

Град все еще барабанил по брусчатке, покрывая ее толстым слоем ледяных шариков, сверкающих словно бриллианты. Но градины падали уже не так плотно и заметно медленнее. Йеннифэр поняла это по тому, как изменился звук ударов о магический щит. А потом град прекратился. Сразу. Как не бывало.