Избранные произведения. I том [компиляция]

— Ангулема, — медленно и проникновенно проговорил Артевельде, — я обещал выслушать тебя. То есть выслушать твои ответы на мои вопросы. Твои шуточки я слушать не намерен. За них ты будешь наказана. Поняла?

— Да, дядечка.

Жест. Шлепок. Стул закачался.

— Молодая, — бухнул солдат, потирая руку о бедро. — Дикая…

Из курносого носа девушки — Геральт уже видел, что это не Цири, и не мог надивиться своей ошибке — вытекла тонкая струйка крови. Девушка сильно хлюпнула носом и хищно усмехнулась.

— Ангулема, — повторил префект. — Ты меня поняла?

— Так точно, господин Фулько.

— Кто это, Ангулема?

Девушка снова хлюпнула носом, наклонила голову, вытаращила на Геральта огромные глазищи. Карие, не зеленые. Потом покачала растрепанной гривой светлых волос, непослушными прядками падающими на брови."

"— Никогда в жизни его не видела. — Она слизнула с губы кровь. — Но знаю, кто он такой. Впрочем, я вам уже говорила, господин Фулько. Дней десять тому, как он пересек Яругу и направляется в сторону Туссента. Так иль нет, беловолосый дядечка?

— Молодая она… Дикая, — быстро сказал солдат, с некоторым беспокойством поглядывая на префекта. Но Фулько Артевельде только поморщился и покрутил головой.

— Ты и на эшафоте будешь дурь нести, Ангулема? Ну ладно, пошли дальше. С кем, по-твоему, этот ведьмак Геральт путешествует?

— И тоже я вам это уже говорила. С красавцем по имени Лютик, который трубадурит и лютню с собой таскает. С молодой женщиной, у которой темно-блондинистые волосы, отрезанные по шейку. Ее имени не знаю. И с мужчиной одним, без описания, имя тоже не называлось. Всего их четверо.

Геральт положил подбородок на фаланги пальцев, с любопытством разглядывая девушку. Ангулема не опустила глаз.

— Ну, у тебя и глазищи, — сказала она. — Не глаза — глазяры!

— Дальше, дальше, Ангулема, — поторопил, морщась, господин Фулько. — Кто еще входит в ведьмачью компанию.

— А никто. Я ж сказала — четверо их. Ушей нет, что ль, дядечка?

Жест. Шлепок. Потекло. Солдат помассировал руку о бедро, воздержавшись от замечания о дикости и молодости.

— Лжешь, Ангулема, — сказал префект. — Сколько их, второй раз спрашиваю?

— Как хотите, господин Фулько. Как хотите. Воля ваша. Двести! Триста! Шестьсот!

— Господин префект! — Геральт быстро и резко упредил приказ бить девушку. — Оставим это, если можно. Все, что она сказала, настолько точно, что речь может идти не о лжи, а скорее о недоинформированности. Но откуда у нее эти сведения? Она только что призналась, что видит меня впервые в жизни. Я тоже вижу ее впервые. Ручаюсь.

— Благодарю, — криво глянул на него Артевельде, — за помощь в расследовании. Невероятно ценную помощь. Как только я начну допрашивать вас, рассчитываю на то, что вы окажетесь столь же красноречивы.