Князь Путивльский. Том 1

Уверен, что тестю передадут все мельчайшие детали моего быта. Пусть узнает, что его зять, а, следовательно, и дочь, пьют с золота и едят с серебра.

Аполлодор рассматривал меня прямо, без утайки. То ли он по жизни такой, то ли рассказали ему, что я — человек прямой и не люблю льстецов и подхалимов. От него, к счастью, не воняло, как от раввинов и английских эпископов.

— Князь Жоффруа сильно расстроился, когда узнал, что его дочь досталась другому? — сразу взял я быка за рога."

"— А кто бы не расстроился?! — уклончиво ответил монах. — Из ее послания ничего толком не поняли. Если женой князя стала — это одно дело, а если не всё так, тогда, сам понимаешь, позор семье.

Я расспросил Аполлодора об Ахейском княжестве. Алика не тот рассказчик, который может изложить толково. В ее рассказах преобладали эмоции, а не факты. Да и знала она не много, за пределами дворца почти не бывала.

Жоффруа де Виллардуэн отправился простым рыцарем на судне в четвертый крестовый поход. Высадившись в Сирии, узнал, что Константинополь пал, что идет раздел империи. Не долго думая, он отправился в Константинополь, но шторм прибил судно к полуострову Пелопоннес. Там Жоффруа зазимовал и сдружился с местным архонтом Иоанном Кантакузеном. Напару они захватили Ахайю и Элиду. Но Иоанн вдруг умер, а его наследник Михаил выпроводил чужеземцев. Жоффруа де Виллардуэн отправился к Бонифацию, королю Фессалоникскому, и попросил помощи. Ему пришлось стать вассалом Гильома де Шамплита, вассала короля, вместе с которым, а также с сотней рыцарей и пятью сотнями пехотинцев, и отбил у Михаила Кантакузена завоеванное ранее и еще кое-что в придачу. В итоге почти весь полуостров Пелопоннес оказался под властью Гильома де Шамплита, а Жоффруа де Виллардуэн стал его самым богатым и влиятельным бароном. Вскоре в один год умерли Гильом де Шамплит и его наследник, племянник Гуго. После чего Жоффруа де Виллардуэн, как самый влиятельный барон, и стал князем Ахейским. Пять лет назад его сын, тоже Жоффруа, женился на Агнессе, дочери Пьера де Куртене, Латинского императора. Так что теперь отец и сын могли править спокойно.

— Вашу церковь не притесняет? — поинтересовался я.

— В наши дела и обряды не вмешиваются, налогов не платим, в армии не служим, — ответил монах Аполлодор, — но вся церковная собственность находится под управлением латинского архиепископа Патры и примаса княжества Ансельма де Клюньи. За это он выставляет рыцарей на службу князю.

— Крепитесь, скоро опять станете подданными Ромейской империи, прогоните латинян на противоположный берег Адриатического моря, — сказал я.

— Неужели прогоним?! — усомнился монах. — Откуда ты знаешь?

Я чуть не ляпнул, что в школе учил.