Хаски и его Учитель Белый Кот, Том II

Мо Жань лишь вздохнул и пробормотал:

— Сколько бы я ни смотрел, все равно не могу сдержаться.

— Что за бардак… ты…

Прежде чем он успел договорить, теплые и влажные губы Мо Жаня закрыли его рот, наполнив его ароматом медовой свежести. Крепко обняв сидящего на его коленях Чу Ваньнина, Мо Жань вовлек его в долгий глубокий поцелуй, а шум дождя снаружи заглушили смущающие и влажные звуки от соприкосновения и сплетения их губ и языков.

Когда они разделились, Чу Ваньнин медленно открыл увлажнившиеся глаза, внутренне разрываясь между желанием посмотреть на Мо Жаня и одновременно не осмеливаясь взглянуть на него.

Мо Жань улыбнулся, ведь ему было хорошо известно, что, несмотря на то, что Чу Ваньнин очень стеснительный, стоило ему обнять его, их сердца начинали биться в унисон, и он ничего не мог с собой поделать, самозабвенно отвечая на все его ласки и поцелуи.

— На самом деле, никакое прозвище не сможет отразить, насколько ты замечательный.

— Хм?

— Не важно, — Мо Жань рассмеялся и, в конце концов, огласил единственное, что подходило идеально, — Учитель самый лучший.

Чу Ваньнин прислонился к его плечу, и его захлестнула такая приторная сладость[194.7], что он просто не знал, что делать со своими чувствами.

Оседлав колени Мо Жаня, даже сквозь одежду он ясно мог почувствовать его твердый и горячий член и этого было более чем достаточно, чтобы у него дым из ушей начал валить.

Спустя какое-то время Чу Ваньнин не выдержал и прошептал:

— Почему ты снова?..

— Ох, да ничего страшного.

— Давай… я помогу тебе… — после этого предложения лицо Чу Ваньнина тут же вспыхнуло от смущения.

Мо Жань сразу же попытался его отговорить:

— Не нужно. Учителю ведь надо идти на Совет старейшин.

Чу Ваньнин искоса взглянул на песочные часы:

— У нас есть еще минут пятнадцать, так что…

Совершенно сконфуженный Мо Жань пробормотал:

— Этого не хватит.

— А?

— …Не успею довести дело до конца.

На мгновение Чу Ваньнин замер, а когда до него дошел весь смысл этой фразы, зарделся еще сильнее, чем раньше.

Он тут же соскочил с коленей Мо Жаня и отступил на шаг.

Впрочем, очень скоро Чу Ваньнин почувствовал досаду на себя. Пожалуй, его поспешное бегство выглядело как признак слабости, поэтому, чтобы реабилитировать себя, он сделал шаг вперед.

Мо Жань с улыбкой наблюдал за его перемещениями. Он все так же сидел на стуле и даже не пытался скрыть свидетельство своего желания. Хотя одежда прикрывала его, та самая выдающаяся часть все еще выглядела внушающим ужас орудием убийства, способным отнять жизнь у простого человека.

— Обещаю больше не дразнить тебя, — Мо Жань опять крепко схватил его за запястье, притягивая ближе.