Космоолухи: рядом. Том 2

Сколько раз сама Трикси вылезала из чужой постели и, с девяностосемипроцентной искренностью проворковав: «Спасибо, милый, это было очень круто!», спешила домой, за порогом сразу выкинув любовника из головы!

Трикси перевернулась на живот, уткнулась в подушку лбом и тихо застонала.

Кажется, она запуталась еще больше.

* * *Полина спалила Трикси с той же легкостью, что и Тед Дэна, но трепаться об этом друзья не стали, а больше никто не догадался. Оба киборга делали вид, что ничего особенного не произошло, – ну, узнали друг друга чуть получше, на уровне «тесная работа в паре», и отношения между ними потеплели до приятельских. Претендовать же на что-то большее – дурная примета.

Полет продолжался.

Лаки быстро оправился от укусов шершней, и это происшествие его, похоже, ничему не научило. Он по-прежнему хулиганил, воровал еду и огрызался, но злиться на него, как раньше, у команды не получалась – сразу вспоминалась опухшая печальная морда, с которой Лаки провожал улетающий рой, и раздражение исчезало. Сам же вечно из-за своих фокусов страдает, дурачок!

Убивать людей, которые упорно отказываются давать ему такой повод, было неинтересно, и Лаки презрительно снес их в конец списка.

Сергей Петрович счел, что они с Вениамином если не пуд соли вместе съели, то ведро воды уж точно выпили, и теперь закадычные друзья. Стоило доктору присесть за стол с кружкой чая, как «киборг» был тут как тут, готовый развеять его грусть и печаль высокоинтеллектуальной беседой. Правда, домогаться от Вениамина диагностики Сергей Петрович прекратил. «Знаешь, дружище, ты только не обижайся, – заявил он в приступе откровенности. – Человек ты, конечно, замечательный, но судовой врач из тебя так себе: в киборгах не разбираешься, за медтехникой не следишь, половина уже сломана…»

Вениамину пришлось экстренно выбирать: так себе врач или о-го-го какой хам.

– Ну что вы, разве на правду обижаются! – «поддержал» друга Станислав.

Вениамин промолчал, но так многообещающе сузил глаза, что капитан стал очень бдительно следить за своей кружкой, – не шипит ли там, растворяясь, какая-нибудь «витаминка»."

"Впрочем, оказалось, что привыкнуть можно к чему угодно, даже к Сергею Петровичу. К концу недели доктор научился выслушивать «киборга» с благожелательным терпением, а то и искренним интересом, хотя теперь Станислав начал волноваться уже за психическое здоровье Вениамина.

– А вот и Маска! – сообщил Тед, когда корабль настолько приблизился к планете, что на максимальном увеличении стал виден характерный рисунок ее континентов.

Маска была жутковатая, скорее череп попавшего в аварию: нижняя половина бурого «лица», плавающего в розоватом океане, раздробилась и расползлась, да и верхняя заметно перекосилась.