Горький квест. Том 2

Этот доктор Качурин говорил так, словно зачитывал протокол. Сухарь какой-то! То ли дело актер Гримо, шутник и весельчак, который за словом в карман не лезет и всегда имеет в запасе какую-нибудь остроту.

— Ты, парень, слово-то такое слыхал — тройчатка? — насмешливо спросил Юрий. — Если надумаешь приехать через месяц, сходи предварительно к зубному, челюсть пролечи, а то если по советским протоколам, так страшнее стоматолога ничего не было. Думаешь, почему у тех, кому за шестьдесят, почти поголовно зубы плохие? Потому что зубных врачей боялись панически, очень уж больно было, вот и не ходили к ним, терпели, таблетки глотали да водочкой или коньячком рот полоскали. А когда терпеть становилось невозможно — шли, конечно, да только спасать уже было нечего.

Сергей вспомнил вчерашнюю эскападу Цветика, утверждавшего, что жизнь в советское время не могла быть похожа на концлагерь. Сергей тоже думал, что не могла. А вдруг все-таки могла? Лечить зубы без обезболивания — это, наверное, совсем караул…

— А зачем вы сейчас приехали? — спросил он, даже не успев подумать, насколько прилично задавать подобный вопрос. — Ведь мероприятие только через месяц.

— Я должен подобрать помещение для медкабинета, составить список оборудования и препаратов из расчета на количество участников и сотрудников, — отчеканил длиннолицый Эдуард Константинович, как будто отвечал на экзамене. — Именно поэтому меня попросили приехать тогда, когда станет известно число отобранных участников.

Они уже подошли к пикапу, Юрий забросил на заднее сиденье дорожную сумку доктора и открыл дверь со стороны водителя.

— Думаешь, так просто сейчас достать оборудование и инструменты, которыми пользовались в семидесятые? — сказал он, насмешливо глядя на Сергея. — Да мне и месяца может не хватить. Придется, наверное, какой-нибудь медицинский музей ограбить, не иначе. Ладно, парень, поедем мы. Ты сам-то на поезд не опоздаешь?

— Подождите, еще минуточку, — взмолился Сергей. — У меня вот такой вопрос: а если заболеет сам мистер Уайли, вы как будете его лечить? По советским протоколам? Или по канонам современной медицины? Он — иностранный гражданин, и если вы не окажете ему медицинскую помощь в полном объеме, вас могут привлечь к суду за халатность, а то и посадить. Не боитесь?

Почему-то этот сухопарый доктор с протокольной речью вызывал у Сергея необъяснимую ненависть, и ему, совершенно по-детски, захотелось вывести его из равновесия или хотя бы просто поддеть.

Доктор смотрел на него пристально, впалые щеки подрагивали. Наконец он разлепил плотно сжатые тонкие губы.

— Я, молодой человек, уже ничего не боюсь. И не вам меня пугать. Всего вам самого доброго. Надеюсь на встречу через месяц.