Толмач

– Могу я обращаться к вам по имени? – вежливо поинтересовался мужик, внимательно оглядывая Егора так, словно пытался на нем что-то найти.

– Можно даже на ты. Понимаю, что перед вами я еще мальчишка, – кивнул парень, разглядывая его с не меньшим интересом.

– Однако в парне есть характер, – тихо проворчал Игнат Иванович, вдруг перейдя на итальянский язык.

– Уж поверьте, что у меня и осталось в целости, так это только он, – тут же отозвался Егор на том же языке."

"– Брависсимо, юноша, – расхохотался мужик. – Вот уж чего никак не ожидал. Но начнем с самого начала. Как я уже сказал, я ваш двоюродный дядя. Вся эта история началась много лет назад, когда моя кузина, влюбившись в молодого офицера, разорвала все договоренности о помолвке и выскочила за него замуж. Никто в семье не ожидал такого афронта, и потому и ваша матушка, и ее муж сразу стали для нас персонами нон грата. Но их это не смутило. Обвенчавшись, они просто уехали из Москвы. Позже, примерно через два года, нам стало известно, что на свет появились вы, и наш с вами дед отправил меня проверить, насколько это известие правдиво.

– Именно тогда мы и виделись? – уточнил Егор.

– Да. Это был первый и единственный раз, когда мы в сами встречались. И должен признать, что вы и тогда начали проявлять характер. Во всяком случае, за усы меня таскали регулярно, – улыбнулся Игнат Иванович с неожиданной теплотой.

– Думаю, не ошибусь, если скажу, что вы с моей матушкой были достаточно близки, – осторожно высказался Егор, тщательно отслеживая его реакцию.

– И снова браво, юноша, – кивнул Игнат Иванович. – Должен признать, вы весьма наблюдательны и прозорливы.

– Благодарю. Но прошу меня простить, я вас перебил, – проявил Егор вежливость.

– Пустое. По сути, я уже все сказал. Я, по долгу службы, имею возможность сноситься с самыми разными губерниями государства, и потому дела вашей семьи мне были хорошо известны.

– Но помогать не спешили, – не сумел промолчать Егор.

– Увы, пока был жив ваш прадед, он требовал исключить даже любое упоминание о вашей семье. Хотя имел не редко долгие и серьезные споры с вашим дедушкой. Отцом вашей маменьки. Так что о делах я знал, но вмешаться не имел никакой возможности. К тому же ваш отец не желал ничьей помощи. Упрям был, словно осел. Хотя, должен признать, что он делал все, чтобы моя кузина была с ним счастлива. Чего говорить, если, овдовев, он так более и не женился.

– Что ж. Теперь мне многое становится понятным, – задумчиво кивнул Егор. – Но это не объясняет, зачем вы здесь?

– После смерти Танечки я многое пересмотрел в своем отношении к этой истории, – помолчав, вздохнул Игнат Иванович.