Все только хорошее

Агентство прислало ряд претендентов на место, и, когда те показались в магазине «Вольф», Берни впал в тихое недоумение по поводу выбора кандидатур. Почти никому из них раньше никогда не доводилось ухаживать за детьми, зачастую выяснялось, что они нелегально проживают в стране или что им глубоко плевать на все и вся. Выглядели они весьма неряшливо, а некоторые даже не трудились проявить хотя бы любезность. В конце концов пришлось нанять очень непривлекательную норвежку. Оказалось, что у этой девушки шестеро братьев и сестер, она отличалась крепким сложением и сказала, что ей хочется пожить здесь годик-другой, а также заверила Берни, что умеет готовить. Он взял ее с собой в аэропорт, когда поехал встречать детей. Джейн отнеслась к ней без восторга, зато Александр с любопытством посмотрел на девушку, а потом заулыбался и захлопал в ладоши. Но пока Берни разыскивал их чемоданы и складывал коляску для сына, она бросила мальчика без присмотра, и он чуть было не ушел на улицу. Джейн вовремя хватилась и привела его обратно. Она сердито посмотрела на норвежку, а Берни отрывисто бросил:

— Приглядывайте за ним, Анна, уж будьте так добры.

— Хорошо, — ответила она, приветливо улыбаясь длинноволосому молодому блондину с рюкзаком за плечами, а Джейн шепотом спросила Берни:

— И где ты такую выискал?

— Неважно. По крайней мере, она будет готовить еду. — И тут он улыбнулся, глядя на дочку с высоты своего роста. По приезде Джейн тут же кинулась к нему в объятия, и затесавшийся между ними Александр завизжал от радости, а Берни по очереди подкинул их в воздух, сначала сына, а потом дочку.

— Ребята, я отчаянно скучал по вас. — Руфь предупредила его, что Джейн мучают кошмары. — Особенно по тебе, Джейн.

— Я тоже. — Она до сих пор ничуть не повеселела. Да и сам он по-прежнему грустит. — Бабушка все время меня баловала.

— Она очень тебя любит.

Оба улыбнулись, и Берни пошел искать носильщика, а уже через несколько минут все погрузились в машину и отправились в город. Джейн устроилась на переднем сиденье рядом с ним, а норвежка с Александром разместились на заднем. Ничто в ней не произвело на Джейн впечатления: ни джинсы с фиолетовой рубашкой, ни светлые волосы, длинные и косматые, ни ее участие в общем разговоре на пути из аэропорта. Она никак не попыталась расположить к себе детей, а если к ней обращались, отвечала односложно или просто хмыкала. Обед, приготовленный ею по возвращении домой, состоял из хлопьев, предназначенных для завтрака, и недожаренных гренок. Берни пришел в отчаяние и заказал по телефону пиццу, которую Анна принялась уписывать прежде, чем кто-либо другой успел взяться за свою порцию. Внезапно Джейн бросила на Анну возмущенный взгляд.