Только ты

Ева мягко оттолкнула Рено, грустно улыбнулась и открыто взглянула ему в глаза. Затем стала на цыпочки и коснулась губами его губ.

— Спасибо за науку, Рено. Сейчас нам, пожалуй, лучше заняться поисками прииска. Я за этот день узнала больше, чем за всю жизнь.

16

На следующий день Рено и Ева, следуя указаниям шамана, двинулись старым, ныне позабытым маршрутом вдоль плато. После полудня Рено повернулся к Еве и нарушил доброжелательное молчание.

— Шаман сказал, что я должен показать тебе очень интересное место.

— Где? — удивленно спросила Ева.

— Примерно в миле отсюда. Ты подожди, пока я проверю. Я не хочу, чтобы мы оказались жертвой мести какого-то старого шамана.

Разведка не заняла много времени. Не более чем через десять минут Рено вернулся. Он подъехал, увидел в ее глазах немой вопрос и потянулся к ней. Он обнял ее, притянул к себе и быстро, яростно поцеловал. Когда он отпустил ее, Ева посмотрела на него взглядом, в котором читалось удивление… и желание. Рено улыбнулся.

— А ты думала, что если один раз испытаешь удовлетворение, то больше не захочешь?

Краска прилила к щекам Евы.

— Ни о чем таком я не думаю, — ответила Ева, вспомнив при этом о мгновениях безудержной страсти, пережитых ею вчера, когда Рено купал ее в бассейне. Рено рассмеялся и дотронулся пальцем до ее рта.

— Тебя очень приятно дразнить, — сказал он. — Просто удивительно, что я не разбудил тебя утром таким образом, каким собирался разбудить.

— Это каким же?

— Изнутри.

Румянец на щеках Евы стал еще более густым, однако она не удержалась от смеха.

Сейчас Рено вел себя с Евой совершенно иначе, он словно ухаживал за ней. Правда, затем Ева вспомнила, что он не собирается жениться и поэтому вряд ли будет ухаживать, и смех ее как-то угас.

«Ухаживают за женщиной, которую хотят видеть своей женой. А это была легкая забава перед завтраком с девушкой из салуна».

— Но потом я решил, что это преждевременно, — продолжал Рено. — Ты ведь такой нежный бутончик. Мне не хочется делать тебе больно.

Хотя тон его был шутливым, глаза оставались серьезными. Ева знала, что он все еще казнит себя за то, что причинил ей боль, когда лишил, ее невинности.

— Я чувствую себя превосходно, — заверила его она.

И это была сущая правда. Сегодня утром она проснулась с намерением насладиться тем, что она имеет, а не рыдать о том, чего у нее нет. Жизнь научила ее, что новый день принесет свои сложности, и поэтому надо выбросить из головы все печали вчерашнего дня, которых у нее было немало за спиной, — смерть матери, беспомощный, неприспособленный отец, жестокость сиротства, боль за других сирот, за малышей, которые и того меньше были способны постоять за себя.

«Как бы ни сложились отношения с Рено, я не буду сожалеть ни о чем. Верит он или нет, но любовь существует.