Только попробуй уйти

И на Пуговку, которая крутилась вокруг и обнюхивала, тоже не обращал внимания, продолжая крепко спать.

– Что-то с вашей спальней? – спросил папа шепотом. – Дверь захлопнулась? Или вам просто разонравились нормальные кровати?

– Пап, нам нужно с тобой серьезно поговорить, – хрипло произнесла я, опустив глаза.

Отец настороженно посмотрел на меня.

– Может, сначала позавтракаем? – спросил он. – Я с дороги не ел.

Я пожала плечами, мол, можешь и позавтракать. Лично мне, пока я все не выясню, кусок в горло не полезет.

Пока папа набирал воду в чайник, я распихала спящего Митю.

– Отец вернулся, – шепнула я брату на ухо. Митька тут же вскочил на ноги.

Отец пил чай со свежими булками, которые привез из города. Все это время мы сидели напротив и гипнотизировали его взглядами.

– Вы меня пугаете, – подавившись и громко закашлявшись, признался папа.

– Кушай-кушай, – тут же отозвалась я. Голос мой прозвучал немного зловеще.

Когда с завтраком было покончено, отец отодвинул от себя чашку и внимательно посмотрел на нас.

– Ну, что случилось? – спросил он. – Все-таки хотите в город вернуться? Скучно вам тут? Что ж, я не против. Правда, я только что оттуда. И делать в городе, честно говоря, особо нечего…

– Мы все знаем! – выпалил Митя.

– Что вы знаете? – переспросил отец.

– Про Кейт Томпсон, – сказала я.

– Как? Она написала кому-то из вас? – упавшим голосом проговорил папа. – Ведь я же просил… Как она на вас вышла?

– Вообще-то она написала тебе, – пробормотала я, краснея.

– Вы рылись в моих вещах? – спросил отец. Однако вопрос его не прозвучал грозно. Скорее растерянно.

– Что сделано, то сделано, – нагло отозвался Митя. – Теперь мы знаем, что наша мама жива.

– И здорова, – добавила я.

– И как нам теперь существовать дальше с этой информацией? – спросил Митя.

– Плюнуть и растереть, – ответила я брату, – конечно, после того, как отец расскажет нам всю правду…

Папа не участвовал в нашей беседе. Он сидел бледный как мел, вновь схватившись за уже пустую чашку. И все-таки я заметила, как дрожат его руки.

– Когда она написала тебе первое письмо? – строго спросила я, словно следователь на допросе. – И как давно ты поддерживаешь с ней связь?

– Она связалась со мной в июне, – нехотя сознался отец. – Нашла мой почтовый ящик через старых общих знакомых, с которыми, как оказалось, мы оба до сих пор поддерживаем общение. Для меня ее письмо было полной неожиданностью.

– Поэтому ты был такой потерянный? – спросила я.

Папа не успел ничего ответить, потому как Митя возмущенно воскликнул:

– Что ж ты, хотел всю жизнь от нас маму скрывать?

– Я не планировал ее скрывать, – ответил отец. – Она сама предпочла скрыться и попросила…

– Попросила «похоронить ее заживо»? – спросила я.

Папа опустил голову на руки.