Только она

На него было страшно смотреть, казалось, все силы он спустил на ужине, на улыбки и спокойствие на лице. Я был благодарен папе, что он старался ради Ады, но и хотелось швырнуть его стакан в стену и крикнуть что-нибудь обидное, чтоб он понимал. Нельзя скрывать такое от мелкой. Нельзя. Потом будет только хуже.

— Скажите ей.

— Не могу. Вика не хочет ее расстраивать.

— А когда захочет? Когда кроха изведется от ее болезни, которая по странной причине проходить не будет, а только усиливаться?

— Сын, послушай. Мы подали заявление в ЗАГС.

— Поздравляю, — хмуро буркнул я.

— После, я удочерю Аду. Она станет моей дочерью официально.

— Разве ее отца лишили родительских прав? — новость об удочерение меня напрягла.

Я знал, что Аде и пятнадцати то нет. Но знал и то, что я смогу потерпеть пару лет. Обязательно дождусь ее совершеннолетия и тогда не отпущу. А пока буду опекать и помогать, во всем, в чем смогу, да и если не смогу, расшибусь, но все равно сделаю. А тут выходит, что она станет мне сестрой официально?

— Я с ним договорюсь. Надо будет, выкуплю. — без компромиссно заявил отец.

— Но, отец…

— Дань, — перебил меня он, — я же предупреждал. Она сестра тебе.

— Нет, не сестра.

— Ей нет пятнадцати! — закричал батя. — Она маленькая совсем. Что ты творишь?

— Я знаю, знаю, — не выдержал я. — Не трогаю ее. Сдерживаюсь изо всех сил. Не могу допустить. Не могу. Ты думаешь, я не понимаю, не понимаю, что она малолетка? Я готов подождать. Я дождусь, пока она не станет совершеннолетней."

"— А если она не захочет тебя? У нее три года впереди. А если ты? Ей же не пять, понимает, что ты здоровый мужик со своими потребностями. Обидишь ведь, Дань. Когда никогда она поймет, что ты ходишь трахать баб. Не простит. Или полюбит другого. Что тогда?

— Нет, не полюбит, — крикнул, а потом, как обухом по голове. А вдруг? — Нет, отец, я вижу ее отношение ко мне, вижу, как она тянется. Я постараюсь проявлять только братские чувства, чтоб не было проблем в будущем.

— Дань…

— Нет послушай. Я люблю ее, — батя от моих слов вскочил с кресла и что-то попытался сказать, но я не позволил. — Люблю, пап. Это впервые со мной. И я никогда не дам ее в обиду. Когда была попытка изнасилования, это я тогда был, кто спугнул тех ублюдков. И вот, спустя два года, я их нашел. Нашел и отомстил. Нет, нет, не переживай. Они живы, хотя такое существование жизнью не назовешь, — невесело усмехнулся я. — Со мной она в безопасности. Хочешь, удочеряй, но как только ей исполниться восемнадцать, я возьму ее в жены. Если для этого придется уехать, так и сделаем. Ты, знаешь, что я люблю тебя, ты самый дорогой для меня человек в мире. Но Ада, моя жизнь. Мое дыхание. Мой воздух, отец.

— Это ведь она принесла в дом котенка, а не ты ей подарил. — скорей констатировал факт, а не задавал вопрос.