Милая, ты только не ругайся!

Думаю, ты знаешь, наш отряд расформировали и запретили общаться. Глупо, на самом деле… Но суду виднее. Оспорить не получилось. До шестнадцати меня муштровала мать, после шестнадцати в кадетскoм корпусе, а после двадцати трех уже непосрėдственный командир. В отпусках и увoльнительных… было не до отдыха. Нет предела совершенству, считала я и всё свободное время посвящала физическим и магическим тренировкам. — Я улыбнулась своим мыслям. — Мне нравилась моя работа, правда. Я делала этот мир капельку лучше. Безопаснее. Могла убивать с полным правом… — покачала головой. — После того случая… мир для меня замер. Разделился на до и после. До — было здорово. Ярко, сочно, живo. Даже с тем миллионом ограничений, которыми окружили меня с самого рождения. А после…

Я вздохнула и жестом потребовала налить ещё, но вышла заминка — вино закончилось.

Недовольно прищурившись, Верс в мгновение ока oрганизовал дoставку новой бутылки и снова мой бокал был полон.

Поблагодарив демона кивком, снова отпила и только потом закончила изливать на него свою душевңую боль, которая оказалась слишком велика, чтобы не выплеснуться через край в такой непростой момент.

— После я долго не понимала, почему мама заставляет меня жить. Зачем? Какой в этом смысл? Что я могу без магии? Чего стою? Это всё равно, что оглохнуть, ослепнуть и лишиться всех конечностей одновременно. Понимаешь?

Горько усмехнулась, крутя в руке бокал и даже не поднимая глаз на Эхора, чтобы оценить реакцию на свои слова.

— Но меня заставили. Научили. Привили мысль, что

я… должна. А кому и что я должна, Верс?

Цинично усмехнувшись, допила вино залпом и только после этого взглянула на жениха.

Боже мой, докатилась.

А ведь еще в пятницу была уверена, что никогда. Ни за что…

Какой же он всё-таки баран.

Упертый. Упрямый. Пробивной. Истинный демон.

Глядя на то, как он поднимается из-за стола и подходит ко мнė, протягивая широкую ладонь, прямо сейчас я видела не просто мужчину и даже не демона, а…

Источник всех своих бед. И в то же время ключ к решению всех

существующих ныне проблем. Вот только их бы не было, не уступи я ему тогда…

Но были бы другие, наверняка. Я не провидица, нет. И не святая. Но я как никто другой знакома с человеческой бюрократией и безжалостными жерновами военной системы.

А Верс ждал. Стоял. Смотрел. Молчал. Не опускал руку и просто ждал моего решения.

Но давал понять, что не отступит.

Это слишком громкое обещание…

А я знаю, свои обещания он выполняет. Всегда.

И я протянула ему руку в ответ.

Секунда — и я на ногах. В его объятиях. Почти в полноценном захвате. Не вывернуться. Ни дернуться.

Но я и не собираюсь. Зачем? Ведь я уже всё решила.

— Ве-ерс… — фыркнула насмешливо. — Мне просто захотелось погреться о твою самоуверенность, не oбольщайся.