Только моя

Она даже поплакала рядом со мной, а потом повезла меня в Баскин Робинс. Мы съели по огромной порции мороженного, посыпанного разноцветной сладкой стружкой. Потом гуляли в парке, по городу и разговаривали о всякой ерунде.

Я, захлебываясь от восторга, рассказывала, как бабушка обо мне заботилась, как я любила учиться, о своих несбывшихся мечтах. Она слушала, поддерживала и обещала, что у меня все обязательно получится, если я не буду опускать руки.

Это был самый лучший сеанс психотерапии за все время моего прибывания в интернате. Я вернулась в свой новый дом готовая идти к своей мечте, чтобы доказать бабушке, что я смогла, что я ее не разочарую.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

3. Родственники

За полгода я так и не нашла друзей ни в интернате, ни в новой школе. Из «глупой» я превратилась в «выскочку», «зазнайку», «зануду». Ребята поспокойнее относились лояльно за то, что я давала списывать. А мне не жалко, кому они делают хуже? Знания ведь у меня из головы не крадут, переписывая из тетрадей буквы и цифры.

Сейчас я все так же скучаю по нашему маленькому убитому дому, по бабушке и ее еде, по тому запаху, что впитался в родные стены. Но кое-что все же изменилось внутри меня. Я вновь начала мечтать.

За хорошую учебу и поведение воспитатель разрешала мне не ложиться спать вместе со всеми и тогда я тихо сидела на крыльце, рассматривая небо над городом и представляя, что пойду в старшую школу, а потом обязательно поступлю в колледж и моя жизнь изменится.

Она изменилась… И вновь не так, как я думала.

Сразу после завтрака меня вызвала к себе директор нашего интерната. Я непонимающе уставилась на воспитательницу, а та лишь довольно улыбаясь поправила на мне одежду и подтолкнула в кабинет.

Здесь кроме знакомых мне лиц сидит женщина, от которой я машинально сделала пару шагов назад уперевшись спиной в дверь.

— Привет, — она протянула ко мне руки.

Я лишь по этому жесту поняла, что со мной скорее всего поздоровались. Этот язык мне не знаком, но еще один гость оказался переводчиком. Молодой мужчина подтвердил мою догадку и жест был понят правильно.

— Как же ты выросла, — странная гостья старается приветливо улыбаться, но это больше похоже на оскал. — Я твоя тетя, — мои глаза приобретают размер средней планеты нашей Солнечной системы.

— Кейтлин, присядь, детка, — заговорила со мной директор интерната. — Ты говорила, что у тебя никого нет, но мы выяснили, что это не так. Твоя родная тетя, старшая сестра твоей мамы, разыскала тебя здесь. Она приехала, чтобы забрать тебя в семью, — в моих ушах словно напихано два рулона ваты. Я вроде все слышу, но совершенно не понимаю, что несут люди в этой комнате.