Только между нами (СИ)

— Давай сюда. — Матвей забирает сумку и, повесив её на плечо, берёт меня за руку.

Его палец привычно гладит мою ладонь. Годы идут, но ничего не меняется. Он всё так же одержим прикосновениями. Иногда может искать меня по квартире, чтобы просто подойти и обнять. Удивительный. Необыкновенный. Потрясающий.

Аня тоже обожает ходить с папой за руку. Любовь к тактильности она унаследовала от Матвея: порой, сидя у меня на коленях, начинает гладить моё лицо. А ещё у неё солнечные карие глаза.

Матвей садится за руль, мы с Аней занимаем заднее сиденье. Я всё чаще отказываюсь ездить сама — слишком освоилась на пассажирском кресле.

— А я мороженое буду вот такое. — Дочка расставляет ладони шире плеч и смотрит на меня одновременно требовательно и вопросительно. Как я к такому отнесусь?

— Это очень большое. Не боишься, что заболит горло или животик?

— Папа мне вылечит, — без тени сомнения отвечает Аня и в подтверждение пытается дотянуться носком кроссовки до водительского сиденья.

Она тоже доверяет ему, как и я. Знает, что Матвей сможет всё, что не подведёт. Потому что он действительно никогда не подводит.

Чтобы дочь не заскучала в пробке, в которую мы встаём спустя десять минут пути, я кладу ей на колени любимую игрушку. Это кубик-рубик. В последнее время Аня полюбила крутить его в поездках. Собрать целиком у неё пока не получается, но я почти не сомневаюсь, что со временем она сможет. Аня ведь дочь своего гениального отца.

Я наблюдаю, как она, выпятив нижнюю губу, сосредоточенно перемещает разноцветные грани, и неожиданно понимаю, что, наверное, пора. Пришло время подумать про второго. Эти два с половиной года я целиком посвятила Анюте, сознательно не желая лишать её даже толики своего внимания. Истинное материнство — это не погоня за количеством, а ежедневное наслаждение процессом.

Глаза Матвея смотрят на меня из зеркала заднего вида. Почувствовал, или совпадение? Он ни разу не спрашивал меня о втором ребёнке. Ни разу не заикнулся о том, что хотел бы сына. Он, как и я, сполна наслаждается отцовством самой прекрасной на свете дочери.

— Аня грозится съесть мороженое размером с мою голову, — с улыбкой сообщаю я.

Карий взгляд в отражении начинает шутливо искриться.

— Ну разумеется. А в итоге мне придётся доедать половину.

В парке сегодня людно. Люди, уставшие от холодной весны с непрекращающимися дождями, радостно приветствуют майскую жару в плюс тридцать три.

— Какое будешь? — Матвей подхватывает Аню на руки, чтобы позволить ей разглядеть всю витрину. — Есть с мармеладом. Его ты прошлый раз кушала. А есть с шоколадом.

Я не могу ими не любоваться. Эти двое как с картинки. Матвей, высокий, красивый, широкоплечий, и наша дочь, похожая на маленькую фею в своём воздушном белом платье.