Только для нас

— Нет… Вы… Вы что? Нет…

Они стояли передо мной, такие разные и такие одинаковые сейчас, с одинаково голодными взглядами, с бешено рвущимся из ходящей ходуном груди дыханием…

И я ощущала, как разбуженное их непрошенными, странными для меня ласками тело дрожит, как губы не могут выговорить слова, те самые, способные остановить их. И возможно ли это вообще? Возможно ли их остановить?

— Я… Я пойду…

Мне нужно было только выбраться отсюда, как-то обойти их обоих, друзей моего бесшабашного детства, в одно мгновение ставших опасными и пугающе-притягательными.

Мне нужно было найти слова, чтоб достучаться до них, чтоб включить мозги. У всех. И у меня, в том числе.

Потому что губы горели, шею жгло, а грудь, потеряв так нужную ей ласку, требовательно ныла.

— Вет… Слушай… Ну разреши, а? — голос Ваньки звучал на удивдение жалобно, просительно даже, — Ветк… Дай… Ну, пожалуйста… Пожалуйста… Пожалуйста… Хочу тебя, сил нет…

— Что? Что? — задушенно шипела я, отходя все дальше и дальше в глубь сарая, желая хоть как-то выползти из-под их бешеного влияния.

— Вета… Блять… — разговоры никогда не были сильной стороной Тима, им он предпочитал действие.

И сейчас тоже сделал выбор в эту пользу, просто шагнув вперед. Ко мне.

Следом за ним, словно брат-близнец, двинулся Ванька.

— Нет… Я не… Да вы что? — торопливо зашептала я, отступая назад и пытаясь под их горячими взглядами вернуть на место болтающуюся на талии майку.

— Пожалуйста, Вет… Пожалуйста…

Ванька шептал эти, такие простые и такие безумные слова, и я не хотела понимать, что именно он хочет от меня. О чем просит… Не хотела впускать себе в голову это."

"Тим не говорил больше ничего. Просто двигался ко мне.

А я - от них.

До какой-то деревяшки, попавшейся под ноги.

Я запнулась и с негромким криком полетела назад, прямо в мягкую, перепревшую после дождя траву.

Задохнулась от неожиданности, страха, забарахталась , пытаясь выбраться…

И не смогла. Потому что меня сразу с двух сторон прижали горячие, влажные, обжигающие просто тела моих друзей. Тех самых мальчишек, что всегда защищали, с кем мы бегали по улицам нашего города, разведывая заброшенные участки в частных домах, чтоб залезть туда и полакомиться дикой малиной и яблоками…

Тим, когда я в реке наступила на банку и порезала ногу, нес меня на руках до медпункта, пока Ванька бежал впереди, расчищая нам путь.

Ванька бросился на свору одичавших собак ,окруживших меня, с длинной палкой, чтоб разогнать, а Тим в это время кидал камни, метко, чтоб не попасть в меня…

Сейчас они, эти бывшие мальчишки, которым я привыкла доверять, как самим себе, делали со мною что-то невероятное. Порочное. Неправильное.