Только для нас

А ты вали разбирайся со своими личными делами в отпуск! Оплачиваемый!

— Эм-м-м… Олег… Я реально сейчас не смогу приехать… Но я позвоню Ивану и обсужу с ним… И просмотрю документы, дам свое предварительное заключение…

— Так я и знал, что ты напрямую с ним общаешься! Наебала меня! Нехорошо это Вета, некрасиво…

— Все не так, как ты думаешь… Все, Олег, я позвоню, жду документов.

Ветка торопливо отрубает связь, поворачивается к нам и сурово сдвигает брови:

— Ну? И что это такое было?"

"— Как что? — усмехается Ванька, двигаясь к ней, но Ветка, синхронно отшагивая назад, только мотает головой и складывает на груди руки, — ну ла-а-дно тебе, Вет… Не злись… Ну должны же мы были как-то официально тебя сюда затащить?

— А поговорить со мной?

— Ну а когда? Мы тут слегка заняты были…

— Уверена, что это твоя идея, — поворачивается ко мне Ветка, и я улыбаюсь.

Она смотрит опять на Ваньку, зеркалящего мои эмоции, снова на меня…

И вздыхает, закатывая глаза:

— Боже… У вас все еще детство в жопе играет… Как в школе, ей-богу…

— Ве-е-ет… — мягким кошаком подкрадывается к ней Ванька, подмигивая мне на шкаф с одеждой, — потом поговорим, да? Погнали ко мне?

Ветка пытается выбраться из его лап, шипя раздраженно:

— С ума оба сошли… Тиму лежать, ему нельзя… А ты… Ты вообще… Не звонил, не писал… Гад. Какие вы гады самодовольные! Решили они все сами! Без меня! А может, я не согласна?

— А ты не согласна? — задаю я вопрос, застегивая рубашку и глядя на Ветку в упор. Ванька, из рук которого она так и не сумела выбраться, тоже замирает и напряженно ждет ответа.

И мы трое прекрасно знаем, что это за вопрос. И какого ответа хотим.

Ветка смотрит поочередно на нас, затем выдыхает и потирается затылком о грудь Ваньки, признавая поражение:

— Дураки вы такие… Как я могу быть не согласна?

Облегчение от ее слов накатывает с такой силой, что реально чуть качает от контраста с предыдущим напрягом.

Я иду к ним, моему другу детства, обнимающему мою первую и, похоже, единственную любовь, кладу ладонь на хрупкое плечико, наклоняюсь и мягко касаюсь натертых губ.

Опять скрепляя договоренность.

Ванька вздыхает и тоже наклоняется, ведя губами по нежному изгибу шеи. Мы стоим так тесно, так близко, что воздуха не хватает всем троим.

Да он и не нужен нам, этот воздух.

Нам нашего перекрестного, одного на троих, дыхания хватает.

Эпилог

— Вета, так дела не делаются! — голос Олега звучит обиженно и напряженно. Я его даже где-то понимаю, он уже губу раскатал на эти площадки, а тут такая фигня… — Мы с тобой обсуждали это!

— Олег… Обсуждали, да… Но не конкретно эти площадки.