Точно как на небесах

Как вы привыкли пить чай? – спросила домоправительница и, выслушав пожелания Гонории и мисс Ройл, налила молоко во все три чашки.

– Я очень давно не видела мастера Дэниела, – продолжила она, взяв чайник. – Он редкий озорник, но я его люблю. Надеюсь, у него все хорошо?

В комнате повисло неловкое молчание, и Гонория умоляюще взглянула на Маркуса. Он тотчас кашлянул и сказал:

– Должно быть, я не говорил вам, миссис Уэдерби. Лорд Уинстед несколько лет назад уехал из Англии.

Он решил посвятить ее в подробности этой истории как-нибудь потом, не при Гонории и мисс Ройл.

– Понятно. – Уловив в возникшей паузе намек на то, что следует сменить тему, домоправительница несколько раз кашлянула и вручила первую чашку Гонории, а вторую – мисс Ройл.

Юные леди вежливо поблагодарили, и очередь наконец дошла до Маркуса. Снабдив его чашкой чаю, миссис Уэдерби снова повернулась к Гонории:

– Вы проследите за тем, чтобы он выпил все до последней капли?

Гонория улыбнулась:

– Будьте уверены.

Миссис Уэдерби наклонилась и громким шепотом сообщила:

– Джентльмены – ужасные пациенты.

– Я все слышу, – отозвался Маркус. Домоправительница лукаво взглянула на него.

– Так и было задумано, – сказала она и, сделав реверанс, покинула гостиную."

"Оставшаяся часть визита прошла без осложнений. Все пили чай (Маркус – по настоянию Гонории – две чашки), ели печенье и беседовали о том о сем, пока Маркус опять не закашлялся. На этот раз он кашлял страшно долго, и Гонория решила, что ему необходимо немедленно отправиться в постель.

– Нам пора ехать, – сказала она, вставая. – Очевидно, миссис Ройл с огромным нетерпением ждет нашего возвращения.

Маркус кивнул и благодарно улыбнулся, когда они потребовали, чтобы он даже не думал вставать и провожать их. Он чувствовал себя совершенно больным и подозревал, что ему придется проглотить гордость и попросить, чтобы его отнесли в спальню.

Разумеется, только после того, как уедут дамы.

Он подавил стон. Болезнь приводила его в ярость.

В карете Гонория наконец позволила себе расслабиться. Конечно, Маркус болен. Но ему не требуется иного лечения, кроме крепкого сна и не менее крепкого бульона. Ей больше не надо беспокоиться о нем, через несколько дней он выздоровеет и…

– Через месяц, – внезапно объявила Сесили. Гонория удивленно посмотрела на нее:

– Прости?

– Таково мое предсказание. – Сесили подняла указательный палец, описала в воздухе маленький кружок и проткнула его. – Через месяц лорд Чаттерис сделает предложение.

– Кому? – спросила Гонория, пытаясь скрыть совершеннейшее недоумение.

Во-первых, Маркус не оказывал Сесили особых знаков внимания, а во-вторых, она никогда не отличалась такой самонадеянностью.

– Тебе, кому же еще.

Гонория просто лишилась дара речи.